Самсон некоторое время помолчал, обдумывая сказанное. Потом, собравшись с духом, вернул разговор к главному:

— Так что насчет знамени? Мы сделали, что вы просили, а теперь пришло время для вашей стороны сделки.

Старик, не спеша, потянулся к ящику стола и извлек оттуда маленькое сложенное знамя с черным сердцем на белом фоне. Он развернул его, словно демонстрируя символы и их значение, затем скрутил обратно и передал Самсону.

— Вот, держи, капитан. Теперь ваш корабль под защитой Черного Сердца. Но помни, — его голос стал глуше и серьезнее, — куда бы ты ни плыл, кто бы ни был твоим врагом, в открытом море твои враги — не всегда худшее. Берегись, капитан. Там, за горизонтом, могут ждать вещи куда страшнее дикарей с ходячей кровососущей рыбой.

Самсон взял знамя и крепко сжал его в руках, глядя на Гая с благодарностью и настороженностью одновременно. Он понимал, что предупреждение мага — не просто стариковская болтовня, но мудрость, оплаченная долгими годами жизненного опыта на этих опасных водах. Гай, словно почувствовав это, медленно кивнул и добавил:

— И, если вернешься живым, заходи сюда еще. Может, расскажешь что-нибудь, чего я не знаю. А если не вернешься… Ну что ж, Атоллия таких как ты уже много видела.

Самсон улыбнулся, сложил знамя, спрятал его в карман камзола и встал, глядя на старого мага с решимостью в глазах:

— Не сомневайтесь, я еще вернусь. До встречи, Гай.

С этими словами он покинул каменный кабинет, держа путь обратно к своему кораблю, где его ждали команда и новое приключение.

Яркий солнечный свет играл на белом парусе, под которым гордо развевалось знамя Черного Сердца — символ, дающий право на безопасное плавание под протекцией пиратской республики. Матрос с ловкостью прикрепил его к мачте, а рядом суетились грузчики, занося на борт последние ящики с провизией и водой. Капитан Самсон наблюдал за этим с палубы, проверяя все в последний раз. Взгляд его был сосредоточенным, но уже не таким тяжелым, как во время болезни. Он снова был в своей стихии, снова был капитаном.

Глезыр, сидя на бочке с вином и раскладывая на коленях карту, позвал его:

— Кэп, подойди, покажу наш маршрут. Тут у меня все тщательно рассчитано.

Самсон подошел, и крысолюд, водя тонкими когтистыми пальцами по выцветшей карте, объяснил:

— Вот смотри, от острова Черного Сердца до острова Черепа у нас уйдет примерно неделя. Потом мы направимся к атоллу Затмения, тут могут быть опасные течения, но они сэкономят нам время. От атолла идем на юг, и мы в неизведанных южных морях. Если звезды сойдутся, через пару недель будем на том побережье, что ты хотел назвать… эээ… как ты там сказал? Самсония?

Капитан кивнул, сложив руки на груди:

— Да, именно так. Недели через две будем на месте. И хватит насмехаться, крыса. Если земля новая, то почему бы и не дать ей мое имя?

Глезыр закатил глаза и с ухмылкой заметил:

— Амбициозно и пафосно, капитан. Но знаешь что? Если так хочешь, можешь назвать в мою честь какую-нибудь бухту или мыс. Но последнее слово все равно останется за гильдиями географов, уж они-то раздают названия как угодно.

Самсон усмехнулся:

— Ну, в любом случае, мы-то не сидим в своих тронных залах, как какой-нибудь Арнольд I Ерласинг, пытающийся перекроить карты в свою пользу. Мы — исследователи. Наши имена останутся в веках, и не потому что мы этого хотим, а потому что мы были там, где не бывал ещё никто.

Глезыр вздохнул и, покрутил в руках компас и посмотрел в сторону южного горизонта:

— Очень хочется верить, что мы не найдем в этих новых землях чего-то такого, что никогда не следовало находить.

Капитан нахмурился, замечая нехарактерную для крысолюда серьезность:

— А что тебя пугает, Глезыр? Это обычное волнение перед неизвестным или что-то конкретное?

Крыс пригубил из фляги с ромом и откинулся назад, глядя на неспокойное море:

— Не нравится мне это все, кэп. Все эти истории про морских демонов, про древних богов. Какой-то неспокойный дух витает над нашей экспедицией. Наверное, одна только эта чокнутая Элиара рада всем этим вещам. Ты б видел, как она радовалась тому древнему куску камня в форме спрута, что мы нашли на Черном Сердце! Глаза светились, как у ребенка, нашедшего волшебную палочку. Одно дело байки в таверне рассказывать, другое — видеть это своими глазами.

Самсон рассмеялся, дружески шлепнув Глезыра по спине:

— Полегче, дружище! Мы с тобой плавали по темным водам и в куда более жуткие места заходили. И всегда возвращались. Все будет хорошо, иначе и быть не может. Мы пересечем эти моря, разгадаем их тайны и вернемся с золотом, картами и историями, которые заставят завидовать любого капитана в порту. А может, и принесем парочку древних артефактов нашей чародейке.

Крысолюд, скривив мордочку, в ответ лишь буркнул:

— Да уж, надеюсь, твоя уверенность не подведет нас, кэп. И пусть за горизонтом нас не ждут существа, от которых даже я стану молиться твоей Святой Матери.

Самсон снова взглянул на знамя, развевающееся на ветру, и подумал: что бы ни случилось дальше, они готовы встретить это лицом к лицу. Впереди их ждали опасности, загадки и, возможно, великие открытия.

«Рыба-меч» резала воды Атоллии, следуя среди множества мелких островов. Часто на таких клочках земли не было ничего, кроме густых зарослей и белоснежных пляжей. Но как-то они проплывали мимо одного из таких островков, как вдруг на песчаном берегу показалась толпа дикарей, вооруженных копьями и луками. Их смуглые тела блестели на солнце, а глаза следили за кораблем. Видимо, их впечатлило это громоздкое судно, прорезающие волны у их берега.