На этот ответ новички не удержались и рассмеялись, хотя по-прежнему чувствовали лёгкую неловкость, наблюдая столь странную традицию.

Гругг долго разглядывал чучело попугая, нахмурившись так, что складки на его лбу стали глубже. Наконец, он поднял руку и задал вопрос, который мучил его больше всего:

— Капитан, а что, если "Помидорка" оживёт? Ну, вы же говорите, что это традиция, магия какая-то… А вдруг ночью он слетит вам с плеча и начнёт раздавать приказы?

На секунду на палубе повисло молчание, а потом раздался дружный хохот. Самсон, от души смеясь, похлопал огра по плечу.

— Если "Помидорка" начнёт командовать, Гругг, я позволю ему это. Может, он справится лучше меня!

Даже Элиара позволила себе улыбнуться, глядя, как капитан картинно прохаживается с чучелом на плече.

— Ваша традиция, капитан, выглядит как будто… немного странно, — сказала она, подходя ближе и изучая чучело попугая. — Но, пожалуй, в этом что-то есть. Магия символов и ритуалов всегда сильна в таких вещах.

Самсон кивнул, не собираясь терять серьёзность своего ритуала, и обвёл взглядом море прямо по курсу, где уже виднелись очертания атолла.

— В море, Элиара, многое держится на вере, — ответил он, глядя на горизонт. — Если попугай на плече добавляет команде уверенности, то почему бы и нет? Впереди нас ждёт Атоллия, и уж лучше перестраховаться, чем потом разбираться с последствиями.

Экипаж замер, вслушиваясь в его слова, но напряжение быстро рассеялось, когда Самсон снова улыбнулся и картинно указал рукой на берег.

— А теперь… Драгомир, направляй нас к удаче!

Драгомир вновь подхватил штурвал, направляя судно к зелёным холмам атолла Гилберта. А Самсон с важным видом ещё раз поправил Помидорку у себя на плече, глядя вперёд, в ту сторону, где начиналась Атоллия. На корабле царило приподнятое настроение, ведь морская традиция, какой бы странной она ни была, подарила экипажу надежду, что впереди их ждут удачные дни.

Когда «Рыба-меч» приблизилась к атоллу Гилберта, команда замерла, любуясь открывшимся видом. Лагуна сверкала в солнечном свете, её кристально чистые воды играли оттенками бирюзы, отбрасывая на окружающие острова танцующие отблески. Небольшие островки, покрытые тропической растительностью, выглядели зелёными оазисами, разбросанными посреди моря. На одном из них, словно напоминание о былых днях, лежали останки старого полуразрушенного корабля, чьи мачты торчали из песчаных дюн, словно костлявые пальцы, тянущиеся к небу.

Новички на борту с интересом смотрели на эту картину: для многих из них это было первое погружение в экзотический мир Атоллии. Гругг даже удивлённо раскрыл рот, глядя на невиданные растения и на ярких птиц, порхающих над водой.

— Много слухов о таких местах слышал, но не думал, что так красиво! — пробормотал он, а его глаза блестели от восторга.

Драгомир, стоявший на мостике, лениво осматривал горизонт, опершись на штурвал.

— Первое впечатление обманчиво, — сказал он с усмешкой, оборачиваясь к новичкам. — Почти все эти острова слишком малы, чтобы на них кто-то жил. Исключение — центральный остров, который дал имя атоллу. Тут жил старый моряк по имени Гилберт. Никто толком не знал, кто он и откуда пришёл. Вечно нелюдимый, а когда и говорил, то с таким странным акцентом, что никто не мог понять, из какого он королевства. Теперь уже не проверить, откуда он прибыл. Гилберт давно умер от старости, а дом его обветшал и рухнул, оставив лишь воспоминания.

Элиара внимательно посмотрела на остров и покачала головой.

— В таких местах всегда есть что-то загадочное, — сказала она тихо, словно для себя. — Истории, которые умирают вместе с их героями.

Самсон тоже оглянулся на остров, но быстро перевёл взгляд на горизонт впереди. Атолл остался позади, и теперь им предстояло двигаться дальше по курсу. Впереди в ясном небе показались паруса: большой корабль, чей силуэт быстро становился всё отчётливее.

— Галера по курсу! — доложил один из матросов, прищурившись глядя на приближающееся судно.

Когда «Рыба-меч» и галера оказались достаточно близко друг к другу, экипажи обеих судов смогли разглядеть друг друга без подзорных труб. На галере развевался странный черно-белый флаг с символом сердца — простой, но от этого не менее загадочный. Обычные торговцы такие знамёна не поднимали.

Вскоре моряки с галеры стали размахивать оружием — саблями, алебардами и арбалетами. Драгомир нахмурился и напрягся, но на его лице было видно, что в душе он понимал, что это не серьёзная угроза.

Торрик, подняв взгляд на движущуюся галеру, сразу сжал рукоять своей секиры, в его глаза загорелся боевой огонёк.

— Сейчас будет драка с пиратами? — спросил он с надеждой в голосе, губы его растянулись в предвкушении, а глаза заблестели.

Но Самсон, поправляя свою шляпу с сидящим на плече Помидоркой, усмехнулся и покачал головой:

— Нет, это всего лишь приветствие по-атоллийски. — Он ответил пиратам лёгким жестом, высоко подняв руку, словно бы помахал в ответ, что было своеобразным признанием их обычаев.