– Нет-нет, дело не в этом!
– Нэестар замахал руками.
– Я, как отец, говорю это точно! Симаат всерьез увлеклась вами. В последнее время у нас за семейным столом ведутся разговоры только о вас!

– Я очень польщен, - начал Реэрн.
– Но...

– Никаких "но"!
– Нэестар махнул рукой так, что опрокинул свою чашку, к счастью, уже пустую.
– Я полностью на вашей стороне. Поверьте, это не девичья влюбленность в старшего товарища! Чувство Симаат к вам намного более зрелое и, я бы сказал, глубокое и ответственное. Девочке нужен именно такой человек, как вы! Мы с женой уже отчаялись: думали, что она так и не найдет свое счастье! Вы ведь знаете, какая она честная и ранимая. Я очень хочу, чтобы моя дочь была счастлива. Не отталкивайте ее!

– Я подумаю над этим, - Реэрн тяжело вздохнул.
– Не скрою, ваша дочь вызывает у меня самую искреннюю симпатию. Но поймите и вы меня. Несколько лет тому назад я потерял жену, которую очень любил. Мне тяжело представить кого-либо на ее месте.

– Думаю, что понимаю вас, - кивнул Неэстар.
– Но вы все-таки подумайте. Ваша жизнь отнюдь не кончена, а семью нужно иметь всем. И... есть еще один момент, - директор центра встал и начал шагать по комнате - два шага вперед, два назад.
– Я боюсь, что если вы не возьмете Симаат под свою опеку, с ней может что-то произойти!

– Но разве для этого есть основания?!
– нахмурился Реэрн.

– Сколько угодно! Ситуация совершенно нездоровая! Филлина давно провозглашена колонией, а мы живем как на каком-то удаленном форпосте. Вокруг множество молодых здоровых мужчин и совсем мало женщин, причем, это наши жены и дочери. Фирмаэнг мне вчера снова жаловался, что все солдаты и унтера с базы, убегающие в самоволку, постоянно осаждают его дом. Он боится даже не за честь, а за жизнь своей дочери! А в клуб уже невозможно ходить! Там нет прохода от офицеров, пристающих к женщинам!

– Признаться, в последнее время все это как-то проходило мимо меня, - покачал головой Реэрн.
– Нужно что-то делать!

– Совершенно необходимо!
– с энтузиазмом подхватил Нэестар.
– Я несколько раз беседовал на эту тему с суперофицером Трегуином, но ничего не меняется! Поговорите, пожалуйста, с командующим, я знаю, что у вас с ним хорошие отношения! Он прямо саботирует строительство жилого городка! Строительная техника передается в аренду филитам вместо использования по назначению! Гражданский персонал уже давно имеет жилье, а офицеры вынуждены ютиться в казармах и времянках. Я чувствую себя неудобно из-за того, что моя семья здесь, а семьи моих подчиненных и всех офицеров базы - нет. О солдатах я вообще не говорю! Но предупреждаю, что от постоянного воздержания у них может просто поехать крыша!

– Я постараюсь что-то сделать, - нейтральным тоном сказал Реэрн, поднимаясь с места.

Теперь он вообще перестал понимать Нэестара. Если на Филлину и в самом деле должны скоро прибыть недружественные чужаки, гражданским здесь вообще делать нечего! Или директор центра не только ничего толком не знает, но даже не подозревает?!

– Постарайтесь, очень прошу вас!
– Нэестар услужливо распахнул перед Реэрном дверь кабинета.
– И не забудьте о Симаат, пожалуйста! Если вы не готовы к серьезным отношениям, скажите ей прямо! Она очень страдает от неопределенности!

Реэрн шел вперед, не различая дороги и машинально отвечая на приветствия попадавшихся навстречу офицеров. Разговор с Нэестаром разбередил воспоминания, которые он все эти годы старался захоронить в самых глухих углах своей памяти и не доставать их оттуда никогда.

Когда шесть с лишним лет назад погибла Лиа, мир для него рухнул. Обезумев от горя, он уничтожил все ее фотографии и стер компьютерные файлы с ее изображениями. У него не осталось от нее ничего, кроме воспоминаний, к которым он не хотел возвращаться.

Они мечтали о детях, но так и не решились их завести. Сначала - из-за боязни возможного провала, а позже, когда их перевели в резерв и прекратили привлекать к активным операциям Союза Борьбы, - потому что это повредило бы делу. Лиа, успешно делавшая карьеру в кадровом департаменте Военного Космофлота, была слишком ценной для них. Ее возможности, знания и связи были незаменимыми. И - смертельными для нее.

Она погибла во время одной из служебных поездок. Челнок, на котором она спускалась с орбитальной станции, просто развалился в атмосфере. Негласное расследование, проведенное Союзом Борьбы, подтвердило, что это была диверсия, направленная на начальника Лии, который где-то перешел дорогу "Семье" и лично Гдооду. Лиа умерла просто потому, что оказалась в неудачном месте в неудачное время.

Тогда Реэрну пришлось принять официальную версию несчастного случая. Даже с поддержкой Союза Борьбы и при сочувственном отношении начальства в Техническом комитете Военного Космофлота ему было не под силу противостоять "Семье". Вскоре его быстренько спровадили в колонии - вроде бы, на повышение, а на самом деле, в ссылку. Оставшись один, он возобновил работу для Союза и записался на все возможные курсы повышения квалификации, буквально с остервенением овладевая новыми знаниями и умениями. Это занимало все свободное время и помогало не думать о том, что он потерял. А потом его "подобрал" генерал Эамлин, и жизнь его сделала новый поворот... чтобы опять оказаться на пороге больших перемен.