— Всё так и есть, Марфа, — кивнула мама. — Но с тобой, уверена, мы порядок быстро наведём.

Марфа улыбнулась, закатывая рукава, и потащила свои узлы в дом. Альфред, стоявший у двери с подносом, выдохнул с таким облегчением, что я невольно улыбнулся.

Старый немец тянул хозяйство на себе, но с Марфой он явно рассчитывал хоть немного передохнуть. Прокопыч тем временем обошёл двор, изучая густые заросли, бывшие некогда садом, с видом, будто прикидывает, где окопы рыть.

— Ваше Сиятельство, — он подошёл ко мне, поправляя кепку, — сад на удивление живой. Вашего деда ещё посадки. Но работы предстоит немало!

— С садом нам торопиться некуда, — заметил я.

— И то верно, — кивнул Прокопыч, соглашаясь. — А ещё трещину в фундаменте видал, у западной стены. Надо заделать, пока не разрослась. Раствор нужен. А то дожди пойдут, может и подвал подтопить.

Я поморщился. Ещё одна дыра в бюджете. Впрочем, на фоне долгов — наверняка копейки. А старик дело говорит. Главное, чтобы уход за садом не помешал ему в главном, зачем он здесь.

— Прокопыч, тебя Тихон в курс дела-то ввёл? — уточнил я.

— Так а как же, Ваше Сиятельство, — старик даже вытянулся, как по стойке смирно. — Я ж ещё в гвардии вашего деда служил, это все знают. Если что, рация всегда при мне.

И он отодвинул полу старого видавшего виды пиджака, показав на поясе такую же потрёпанную жизнью рацию, по виду — ровесницу самого Прокопыча.

Я улыбнулся. Старик выглядел, как дед-огородник. Но умении деда подбирать людей я не сомневался. Если Прокопыч служил в гвардии — со своей ролью он точно справится.

?

Вечером мы засели в гостиной, попивая чай. Марфа уже гремела на кухне, перемывая всю посуду. Альфред, к его чести, не лез, только подтаскивал воду с колодца. Мама же, к моему удивлению, закатала рукава и пошла помогать Марфе. Я чуть не поперхнулся. Графиня Каменская — раскатывает тесто? Вот это картина! Я такого отродясь не видел. Вот уж что для нее поистине непривычно. Но мать, похоже, была рада отвлечься от всей этой ситуации с наёмниками. После смерти отца она редко улыбалась, а тут прямо ожила, за новым для нее занятием.

Я, Тихон и Прокопыч устроились за столом, разбирая, что делать с усадьбой. Она, конечно, крепкая, но ремонт нужен.

— Фундамент внимания требует, — Прокопыч начал отгибать пальцы на руке, — раз. Окна застеклить — два. Крышу проверить — три.

— Генеральную уборку провести надо! — внесла свою лепту Марфа, заглянув в гостиную.

Тихон кивнул, отхлебнув чая.

— Завтра людей приведу. Степан, пока мы днём разговоры разговаривали, как раз всё осмотрел.

— Степан? — я поднял бровь.

— Прораб наш, если можно так сказать. Без него в деревне ни одна стройка не обходится. Завтра сами всё увидете.

Я откинулся на спинку стула, глядя на телефон, лежавший передо мной. Ждать звонка от заказчика было как играть в русскую рулетку. Но другого выхода не было. Если я прав, и бандиты с наёмниками — от одного человека, он скоро себя выдаст.

Марфа влетела в гостиную, и я понял, что готов сожрать всё, что она принесёт.

— Ваше сиятельство, — она водрузила на стол большой поднос с пирогом, — вам поесть надо, а то вон какие тощие!

Только сейчас я понял, насколько голоден. И даже Артём, который всё ещё был пришибленным после своего «подвига» с банкой, уплетал за обе щёки.

Ужин был, как в старые времена. Впервые за долгое время в доме пахло не тревогой, а едой и домашним уютом. Даже матушка не стала сегодня требовать от нас аристократических манер, которые, впрочем, уже по привычке никем не нарушались.

?

Утро вновь началось не с кофе. Я проснулся от запаха чего-то горелого и приглушённых матов с кухни.

— Марфа, чего шумишь? — спросил я, спустившись на первый этаж.

— Да вот, хотела тосты вам на завтрак пожарить… — она вздохнула, показав на стол, где на тарелке лежали несколько чёрных, напрочь сгоревших, ломтей хлеба. — Кажется, нужен новый тостер…

— Мне нужна новая усадьба, — горько усмехнулся я.

В этот момент я заслышал доносящийся со стороны реки рёв моторов. А вскоре во двор заехал грузовик, везя в кузове десяток человек. За грузовиком во двор заехала Шуркина «Ласточка», набитой ящиками с инструментами. Да уж, она явно сегодня собиралась довольно серьезно поработать.