Почти через четыре часа майор, с которым мы обсуждали особенности службы в провинции, вдруг поднял голову:

— Вроде как стрекочет что-то? — прислушался он к едва различимому шуму.

А через минуту над нами завис военный вертолёт. Высокое начальство изволило пожаловать по мою душу.

Гул вертолёта стал оглушительным, и я прищурился, глядя, как чёрная машина садилась на пустырь за заброшкой. Пыль вздымалась столбом, полицейские в оцеплении переглядывались. Я поднялся, поправив рубашку, которую мне выдали взамен окровавленной толстовки, и пошёл навстречу, держа спину прямо, хотя рана на груди горела огнём. Чуйка подсказывала: этот человек — не тот, перед кем стоит показывать слабость.

Из вертолёта вышли трое. Первый — мужчина лет шестидесяти, в строгом сером костюме, с сединой на висках и холодными глазами. На его непроницаемом лице я заметил слабо скрываемую скорбь. За ним — худощавый мужчина в чёрной униформе, с чемоданчиком, его взгляд пробежался по развалинам. Криминалист, без сомнения. Последний — здоровяк с каменным лицом, с заметно выпирающим из-под куртки пистолетом.

Я направился к ним, встретив на полпути.

— Полковник Бестужев, — прокричал седой мужчина, перекрикивая рёв турбин вертолёта. — начальник управления по борьбе с демонической угрозой, Тайная канцелярия.

— Граф Каменский, — кивнул я полковнику, не тратя слов на церемонии.

— Максим, в дверях, — распорядился Бестужев, поворачиваясь к здоровяку. — Никого не пускать.

Теперь понятно — телохранитель.

— Ведите, — скомандовал Бестужев.

?

В центре зала, под грудой мусора, которой я прикрыл труп от любопытных глаз полицейских, покоился Коршунов.

Я отбросил телекинезом лист железа и обломки. Меч так и торчал из груди одержимого, лицо застыло в гримасе, клыки и когти блестели в тусклом свете. Бестужев замер, его глаза сузились, но он не отвёл взгляд. Я увидел, как напряглись его скулы. Он опустился на одно колено, осмотрел тело, пальцами в перчатке провёл по рукояти меча.

— Сергей был отличным агентом, — тихо сказал полковник, поднимаясь. — Семнадцать лет безупречной службы.

Он сделал знак криминалисту. Тот подошёл, раскрыл чемоданчик, достал артефактный сканер — металлическую пластину с рунами, подключил к ноутбуку. Пластиной он провёл над телом, и в районе груди ноутбук пискнул.

— Это определённо старший агент Коршунов Сергей Петрович, — доложил криминалист, не поднимая глаз от прибора. — Магический отпечаток подтверждён. Прошёл серьёзную демоническую трансформацию.

— Понятно. Работайте, — кивнул Бестужев, поворачиваясь ко мне. — Граф, у нас с вами опрос, а не допрос, — пояснил Бестужев, доставая блокнот. — Вы проходите по делу как свидетель. Расскажите подробно, что у вас здесь произошло.

Я вздохнул, собираясь с мыслями.

— Если вкратце…

— У нас уйма времени, — перебил полковник. — Поэтому давайте подробно, с самого начала.

Я достал телефон Коршунова, протянул ему.

— Пока не забыл. Это телефон вашего агента.

Бестужев взял аппарат, убрал в карман.

— Начинайте.

— Отец умер, оставив мне титул и родовые земли, — принялся я рассказывать. — На тот момент мы жили в Екатеринбурге. Вступил в наследство, выяснил, что у меня миллионные долги, у нас отобрали имущество. Ехать было некуда, поехали в усадьбу на родовые земли. Первое покушение случилось ещё по дороге из Екатеринбурга, на въезде на мою землю. Бандиты требовали брачный договор с моей сестрой, полагаю, планировали нас устранить, чтобы заполучить титул. Через пару дней около поместья обнаружили лагерь вооружённых наёмников, собиравшихся взять мою семью в заложники. Лагерь был… ликвидирован.

— Кем? — прищурился Бестужев.

— Моим младшим братом, — усмехнулся я. — Четырнадцати лет. Решил пострелять по банкам для тренировки и случайно подорвал их склад взрывчатки.

Полковник моргнул, его брови поползли вверх.

— Простите?

— У мелкого особый талант превращать случайности в катастрофы, — развёл я руками. — Но работает всегда в его пользу. Хотел потренироваться в стрельбе, промазал по банке, попал в ящик со взрывчаткой.

Бестужев смотрел на меня долго, потом покачал головой.

— Знаете, граф, это звучит как такой дикий бред, что я вам верю. Если бы выдумывали — придумали бы что-то более убедительное.

— Я нашёл у одного из наёмников телефон, — продолжил я. — Начал переписку с заказчиком, выдавая себя за исполнителя. Изображал, что задание выполнено, но сестра ранена. Заказчик дал координаты этого места.

— И вы приехали сюда один? — Бестужев осмотрел разрушенный зал.

— Не один. Со мной были мои люди, но я отправил их обратно, когда понял, что здесь слишком опасно.