— Как долго граф пребывает в подобном состоянии? — поинтересовался Леонард, усаживаясь на край кровати и поочерёдно открывая веки больного.

— Почти месяц, — дрожащим голосом ответила Лера. — До этого всё было прекрасно. Отец регулярно выезжал на охоту, навещал друзей в соседних графствах, не пропускал королевские балы. Он пылал здоровьем, ничто не предвещало беды. А теперь... словно сгорает на глазах.

— Не припомните ли вы каких-либо необычных событий незадолго до болезни? — обратился старейшина к присутствующим.

— Да, — вступил в разговор Марсель. — Отец вернулся в дурном расположении духа после недельного визита к нашему соседу, виконту Карнелиусу Борадже. Ранее они были близкими друзьями, но, судя по тому, как отец отзывался о нем в тот день, их дружбе пришёл конец.

— Не делился ли он причинами размолвки? — спросил Леонард.

— Нет, — покачал головой юноша. — Он был раздражён и не желал никого видеть. В последние дни перед болезнью постоянно находился в кабинете, составлял письма. Гонцы сновали по замку едва ли не ежечасно.

Достав из внутреннего кармана сумки эликсир «Вита» первого уровня, целитель осторожно влил содержимое в приоткрытый рот пациента и слегка отстранился. Поначалу ничего не происходило, затем... ситуация не изменилась.

— Хм-м, весьма странно, — пробормотал он и извлёк из сумки эликсир второго уровня. На этот раз произошло чудо: пациент открыл глаза, и в них на краткий миг промелькнули искры сознания и узнавания. Однако уже через мгновение мужчина вновь погрузился в беспамятство.

— Что-то здесь не так, — задумчиво произнёс целитель, доставая высшее исцеление из набора 2.0.

— Позвольте, почтенный старейшина. Кажется, у меня появилась догадка. Давайте-ка переместим вашего друга с кровати на диван, — вмешался я в происходящее, не видя смысла тратить зелья, которые, несомненно, нам ещё пригодятся.

Не задавая лишних вопросов, Леонард поднялся, и совместными усилиями, при помощи служанок, Марселя с Лерой, они бережно перенесли больного, ухватив за простыни с разных сторон.

Моё решение было продиктовано особым ощущением энергии. Только она была какой-то неестественной. Обычно, когда я чувствовал кристаллы, они словно притягивали к себе и манили. Здесь же я, напротив, испытал необъяснимую неприязнь и острое желание отстраниться от кровати как можно дальше.

— Придётся немного повредить мебель, — произнёс я, сбрасывая оставшееся бельё с кровати. Затем, вынув нож-коготь, я аккуратно распорол матрас и начал исследовать его внутренности. Вскоре мои пальцы нащупали мелкие камушки Альгезиума.

— Так и знал, что без него тут не обошлось, — пробормотал я, извлекая чёрные камни один за другим.

— Что это? — спросил подошедший Марсель, с любопытством разглядывая негранёные кристаллики в свете факела.

— Это, друг мой, то самое вещество, из которого чёрные алхимики создают свои зловещие эликсиры. С помощью него они вытягивают жизненную силу из людей, причиняя им невыносимую боль. В вашем случае отец спал на том, что постепенно высасывало из него жизнь, — ответил нахмурившийся старейшина.

— Получается...

— Именно. «У вас в доме завёлся предатель», — произнёс Лео, и все присутствующие, не сговариваясь, повернулись к служанкам. Та, что была постарше, рухнула на колени и разразилась рыданиями, моля о пощаде. Сквозь слёзы и мольбы она начала рассказывать, что её близких похитили и, угрожая им смертью, заставили подложить камни в кровать господина.

После того как причина была установлена, Карло перенесли в соседнюю комнату, а Леонард дал ему «патентия». Мужчину заботливо укрыли, с ним осталась его дочь, а мы вышли и направились к нашим товарищам. Однако меня не покидало тревожное предчувствие, что мы опоздали. И, разумеется, мои опасения подтвердились. Эти прожорливые создания успели всё съесть. Пришлось довольствоваться остывшей похлёбкой, которая уже утратила свой первоначальный аромат и вкус. Никто меня не любит!

***

Рассвет следующего дня озарил поместье бодрящим светом. Карло, к всеобщей радости, самостоятельно спустился к завтраку. Его внешний вид оставлял желать лучшего, тем не менее по сравнению с предыдущим днём он выглядел значительно лучше: мог улыбаться и передвигаться без посторонней помощи. Лера следовала за ним тенью, но её сияющее от счастья лицо развеяло последние сомнения — с отцом всё действительно налаживалось. Угнетающая атмосфера за столом мгновенно рассеялась, а когда мужчина с аппетитом принялся за еду, остальные последовали его примеру с удвоенной энергией.

После завершения трапезы, когда хозяин, откинувшись на стуле с отваром в руке, издал удовлетворённый звук, атмосфера за столом приобрела по-настоящему семейный характер.

— Вот как так? — задумчиво протянул граф. — Почему жизнь столь несправедлива? Почему ты, друг мой, выглядишь ещё прекраснее и моложе, чем в нашу первую встречу? Нет, эта жизнь воистину несправедлива.

— Отчего же? — возразил Леонард, приподняв левую бровь. — Помнится, лет так пять назад я направил тебе послание, где по старой дружбе предлагал приобрести эликсир омоложения. Ты сам отказался, так что не стоит пенять на меня.