Их разговор прервала Галвина, подошедшая с задумчивым выражением лица:

— А разве это не ересь — изучать небеса, пытаться влезть в дела богов? Разве вам, клирикам, не стоит ограничиваться тем, что написано в Солнечной Книге?

Лаврентий, мельком взглянув на нее, ответил, переведя взгляд на звезды:

— Вовсе нет. В Солнечной Книге нет ни слова о том, что нельзя изучать небеса. Книга написана почти семьсот лет назад, когда первопророк Гелион вышел из храма Солнца в Железных Пустошах. С тех пор мир изменился, и нам нужно познавать его, чтобы понять. Если Святая Матерь сотворила небесные светила, то значит, хотела, чтобы её чада когда-нибудь их увидели и поняли.

Галвина скептически поджала губы, затем ухмыльнулась:

— Иерархи гелионизма обычно думают иначе: они считают, что все новое — порождение Оскверненного.

Клирик чуть усмехнулся:

— Это типичный взгляд гелионизма. Но в соларианстве нам не запрещают заниматься науками, если этим занимается священник. Познание — это тоже способ служения Святой Матери. Взгляни на небо, Галвина. Разве оно не заслуживает того, чтобы его изучали?

Галвина пожала плечами и взглянула вверх на звезды, которые разливались по небосводу светлыми россыпями.

— Знаешь, в Ливонии я как-то посетила Белый Собор. Видела могилу Святого Мирафима и слышала, что там одна из крупнейших библиотек в мире. Древние книги и знания, о которых многие и не подозревают.

— Верно, — кивнул Лаврентий, просветлённо улыбаясь. — В той библиотеке хранятся все открытия и познания соларианских священников. Даже такие знания, которые считались бы ересью в других королевствах. Там есть трактаты о небесных телах и их движениях, записки исследователей… Когда-нибудь, если мы вернёмся, я бы хотел почитать их.

Гном, слушавший их разговор, усмехнулся и хлопнул Лаврентия по плечу:

— Ладно, клирик, я подумаю насчет твоего телескопа, если конечно не придётся каждый день бороться с тварями и чудищами в этих диких землях. Но если смастерю, то назову его… «Око Торрика», чтобы помнили, кто его сделал!

Все трое тихо рассмеялись, а потом замолчали, глядя на звезды, которые мерцали над Атоллией, словно древние светила наблюдали за их путешествием.

Самсон сидел за своим массивным столом в капитанской каюте, записывая последние события в судовом журнале. Его аккуратный почерк заполнял страницы, в то время как корабль тихо раскачивался на волнах. За спиной капитана возвышался Драгомир, внимательно изучающий огромную карту мира, прикрепленную к стене. На ней были нанесены те маршруты, что они уже преодолели, и те, что оставались только в воображении капитана. Глезыр сидел на соседнем стуле, беспечно болтая ногами и изредка пригубливая вино из своей фляги, а лицо у него было хитрое, как у довольного кота.

— Слушай, капитан, — протянул Глезыр с усмешкой, кивая на карту, — тебе не кажется, что ты слишком поспешил с обещанием вернуться к своей невесте? Не думал, что это путешествие может растянуться куда дольше, чем мы предполагали?

Самсон оторвался от своих записей и прищурился на крысолюда:

— А в чем проблема-то? Я обещал Доротее, что вернусь и женюсь, и я сдержу слово. Даже если придется попотеть.

Драгомир оторвал взгляд от карты и скептически добавил:

— Проблема в том, капитан, что на обратном пути тебя ждет не только месяц плавания, но и организация этого самого плавания. Не думаю, что ты захочешь бросить тут половину команды и отправишься в одиночку. Это будет длинный и трудный путь, а у нас не то судно, чтобы разбрасываться людьми. А значит, нужно будет забрать всех с собой.

Самсон отмахнулся, хоть на лице его промелькнула тень беспокойства:

— Обещание есть обещание. Я вернусь, мы с Доротеей поженимся и, возможно, я уговорю её отправиться обратно в Самсонию. Мы вместе будем строить новый дом на этой земле. А если удастся, то приведем туда первых поселенцев, чтобы начать новую жизнь. Ну, а пока… Надо сначала выяснить, есть ли там вообще земля, которую можно назвать Самсонией.

Глезыр, соскочив со стула, подошел к карте и изучил её с видом знатока. Он провел лапой по маршруту через Атоллию и скривился:

— Конечно, капитан, отдых и пополнение запасов важны, но мы слишком много времени теряем на посещение этих островов. Вот смотри: если предположить, что Самсония существует, то можно срезать путь и пройти прямо через океан, — его лапа провела линию через огромные просторы воды, — это сократит путь чуть ли не на половину. Только вот на когге сделать это будет невозможно, не тот корабль. А вот если бы у нас была каравелла… — Глезыр с воодушевлением представил себе такую картину.

Драгомир покачал головой, хмыкнув:

— Мы еще не высадились в этой твоей Самсонии, а ты уже строишь планы, как будет удобнее добираться туда в третий раз!

Самсон усмехнулся и хлопнул Драгомира по плечу:

— Эй, кто не мечтает, тот не побеждает, боцман! — затем он снова посмотрел на карту и задумался. — А что, идея крысолюда в чем-то верна. Если мы найдём там действительно плодородные земли и место для порта, можно будет задуматься о новом судне. Больше, прочнее и крепче, чтобы сократить время плавания между материком и этими землями.