Элиара от этих слов задрожала, чувствуя, как внутри нее нарастает страх:

— Что же мне теперь делать?

Сиарлинн словно усмехнулась, в голосе ее прозвучала насмешка:

— Что делать? Не дать им попасть в пирамиду. Любой ценой, дитя! Никто не должен пробудить то, что там находится. Это угрожает нашим замыслам и планам Аммониса. Если ты действительно хочешь стать одной из нас, то не должна допустить их успеха.

Элиара робко поинтересовалась, чувствуя, как её голос дрожит:

— А что насчёт силы, которую ты обещала мне? Когда я смогу ощутить её в полной мере?

Эльфийка ответила хитро, в её голосе прозвучало едва уловимое веселье:

— Будет тебе сила, да столько, что ты и не мечтала, лишь бы совладать с ней смогла. Но только в экстренной ситуации. Пока я не вижу ничего такого, с чем ты не могла бы справиться своими руками, дитя.

Чародейка крепче сжала ожерелье, пытаясь найти уверенность:

— Я клянусь, что больше не подведу. Я не позволю им проникнуть в пирамиду. Кроме того, подсказка выглядит как бессмыслица. Может быть, они так и не поймут, что она означает.

В этот момент Элиару посетило странное пульсирующее ощущение, исходящее от жемчужин в её руках. В её сознании вспыхнули воспоминания о том, как на кристаллическом острове она едва не растворилась в мощной магической энергии, в какой-то древней и безжалостной силе. Сейчас пульсация была похожей на ту, но более сдержанной, как слабое эхо, которое только начинало нарастать.

На миг чародейке показалось, что жемчужины в ожерелье слегка теплеют, как будто в них пробуждается нечто древнее. Это ощущение заставило её содрогнуться — Элиара не знала, что именно скрывается за таинственным союзом с подводными эльфами, но чувствовала, что её втягивают в нечто гораздо более зловещее, чем она себе представляла.

Она стиснула зубы и заставила себя сохранять спокойствие. Теперь пути назад не было. Она должна была любой ценой помешать Самсону и остальным разгадать тайну пирамиды.

Команда собралась в центральном здании, которое становилось всё более обжитым. Самсон стоял у стола, держа в руке мифриловый трезубец, и серьёзно смотрел на своих спутников. Торрик сидел в углу на бочке, потягивая из деревянного ковша своё фруктовое вино, которое уже успело слегка настояться. Он осторожно сделал глоток и скривился, всё ещё считая, что оно слишком кислое. Рядом с ним Глезыр нервно постукивал лапкой по полу, поглядывая на Элиару, которая сидела с плотно сжатыми губами и внимательно следила за разговором.

— Так вот, — начал Самсон, держа трезубец как некий символ власти, — Глезыр утверждает, что здесь написано: «Каменный великан без входа и окна, никому не под силу проникнуть внутрь него. Но стоит лишь задуматься, и ты уже внутри». Это может стать ключом к загадке пирамиды.

Элиара резко перебила его:

— Крыса наверняка врёт, чтобы показаться умным, он, поди, и знать не знает, что там написано.

Глезыр вскочил на ноги, его усы задрожали от возмущения:

— Если я вру, то зачем мне отговаривать всех от похода прямо в пасть к двухголовому крысиному богу?! — Он пытался придать своему голосу значительность, но визгливые ноты делали его слова почти комичными. — Да вы сами не знаете, с чем играете!

— Кто тебя знает — ты вечно небылицы сочиняешь! — с вызовом заявила Элиара, пытаясь сохранять холодный тон, но голос её дрожал от раздражения.

Лаврентий задумчиво потёр подбородок, глядя в сторону трезубца, словно пытался разглядеть в нём скрытые тайны:

— «Каменный великан без входа и окна, никому не под силу проникнуть внутрь него. Но стоит лишь задуматься, и ты уже внутри»… Что же это может означать? В этом есть какой-то смысл, но пока непонятно какой.

Элиара тут же подалась вперёд, её глаза сверкнули:

— Смысла нет никакого, потому что он это сочинил! Просто старый трюк, чтобы завести нас в ловушку, как всегда.

— А вдруг есть? — Лаврентий поднял взгляд на чародейку. — Мы всё равно собирались проверить пирамиду, может, это как раз поможет нам понять, что там. Стоит на неё взглянуть, если не ради разгадки, то ради того, чтобы избежать опасности.

В этот момент Глезыр и Элиара неожиданно в один голос воскликнули:

— Нет!

Весь зал разразился смехом, Драгомир едва не выронил кружку.

— Да вы двое то готовы подраться, то говорите как один, — усмехнулся он. — Прямо как старые знакомые, это так смешно.

Самсон, раздражённый этой перебранкой, с грохотом положил трезубец на стол, глядя на всех собравшихся.

— Хватит пререкаться! — резко заявил он. — Мы решили проверить пирамиду, и на днях туда пойдём. Это не обсуждается. Если кому-то страшно, он может остаться здесь и ждать нашего возвращения. Но лично я хочу знать, что это за загадка и как она связана с этим островом.