Он осматривал тела поверженных врагов, с интересом изучая их оружие и доспехи. Взгляд его задержался на трезубце в руках павшего царя белоголовых.

— Да это же чистый мифрил! — воскликнул гном с неподдельным восторгом, вытягивая трезубец. — Дикие рыбы, а у них такие ценности. Это сокровище нужно обязательно забрать с собой! Может, даже отольём из него что-нибудь полезное.

Драгомир тем временем помогал Галвине подняться, она опиралась на его руку, едва держась на ногах. Лицо её было бледным от усталости, но в глазах горел огонёк.

— Ну вот, теперь в команде ещё один герой, — сказала она слабо, но с тёплой улыбкой. — Ты победил такое чудовище, боцман.

Драгомир усмехнулся, но в его улыбке был оттенок усталости:

— Рисковал, Галвина. Очень сильно рисковал. Повезло мне. А вот тебе не повезло, что молния не сработала.

Чуть в стороне Элиара, прижав ожерелье к груди, шептала про себя, когда вдруг услышала в голове знакомый голос Сиарлинн:

— Дитя, ты плохо стараешься!

Элиара вздрогнула и, заикаясь, ответила мысленно:

— Простите, госпожа, но я только что получила ожерелье… Всё это время я пыталась.

— Какие новости? — спросила Сиарлинн холодным, требовательным тоном.

— Команда одолела вожака акулоидов, — ответила Элиара, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

Голос морской эльфийки в её голове помрачнел:

— Это очень плохо. Если они найдут подсказку о Нексусе, это приведёт их туда. Ты должна сделать всё, чтобы этого не произошло.

— Я сделаю всё, что в моих силах, госпожа, — пообещала Элиара, с трудом сдерживая дрожь.

Но её тихое шептание привлекло внимание Глезыра. Крысолюд подозрительно прищурился, направив на неё острый взгляд:

— С кем это ты шепчешься, ведьма? Опять что-то затеваешь?

Элиара, быстро оправившись, ответила с раздражением:

— Молюсь древним богам, крыса! А что, нельзя? Или ты думал, что молиться можно только за крысиное счастье?

Глезыр фыркнул, но промолчал, а Торрик, который как раз подошёл к телу царя акулоидов, поднял трезубец и с восхищением сказал:

— Посмотрите только, какая находка. Мифрил — это вам не шутки! Мы обязательно сделаем из него нечто полезное. Это настоящее сокровище, а не просто бронзовый хлам!

Элиара напряжённо следила за этим разговором, её мысли метались от злости к страху. Она знала, что теперь будет ещё труднее исполнить приказ Сиарлинн, но пообещала себе, что справится, во что бы то ни стало. Ведь теперь у неё было её ожерелье, через которое она могла держать связь с древней силой.

А над полем боя, залитым светом восходящего солнца, витал смешанный запах победы и тревоги, словно сама природа понимала, что война была далеко не окончена.

Похоронив павших с почестями и разорив лагерь акулоидов, поредевшая армия отправилась в обратный путь под ярким палящим солнцем. Жара была невыносимой, пот струился по лицам, а гоблины, довольные, несмотря на усталость, кричали о великой победе:

— Великая победа! Розовый гоблин и зеленый гоблин победили! Мы теперь жить мирно!

Самсон шел во главе отряда, обсуждая с Драгомиром прошедший бой:

— Отличная работа, боцман. Ты поразил царя белоголовых в честном бою, и теперь они нас точно запомнят.

Драгомир благодарно кивнул, но добавил с сомнением:

— А ты думаешь, они теперь точно от нас отстанут? Это как если на материке убить предводителя пиратов — всегда появляется новый, ещё хуже старого. Может, и тут так же?

Капитан размышлял, глядя вдаль, на волнующуюся зелень джунглей.

— Возможно, это даст нам немного времени. Если у них что-то вроде федерации племён, то смерть вождя может вселить в них страх и вызвать внутренние раздоры. Но надолго ли этого хватит, неизвестно.

Лаврентий, тяжело опираясь на посох, вмешался в разговор:

— Я согласен с боцманом, капитан. Рано или поздно у акулоголовых появится новый лидер, готовый отомстить за поражение и объединить племена. И может, их ненависть к нам станет ещё сильнее.

Галвина, которая шла рядом и поправляла на себе кольчугу, задумчиво добавила:

— Страх, конечно, никуда не денется. Они явно не ожидали столкнуться с таким боем — пороховым оружием, стратегией, и да, магией. Но страх — плохой союзник, он может стать и стимулом для новых атак.

Элиара, шедшая позади, фыркнула, нервно перебирая пальцами ожерелье, спрятанное под накидкой, и добавила:

— И с магией, конечно! Они тоже почувствовали силу.

Она нервничала, пряча волнение за раздражённым тоном. Элиара ощущала, как её мысли сжимаются в тугой комок. Она внимательно следила за процессом обыска тела царя белоголовых, но так и не нашла ничего, что могло бы быть похоже на подсказку о Нексусе.