– Одна ты спать не будешь, и точка. Не переживай, я постелю себе на полу и не потревожу твой покой на этой широкой кровати, – он указал на ложе и натянуто улыбнулся.

– Прежде чем готовиться ко сну, я хочу поесть. И, возможно, выпить эля.

– Я закажу ужин в комнату. – Гронидел направился к двери.

– Таверна через дорогу! – возмутилась принцесса и показала на окно. – Ее отсюда видно! Поедим там, а потом прогуляемся по вечернему городу. Уверена, здесь полно интересных и самобытных мест.

– А еще воров и проходимцев, которые только и ждут, чтобы облапошить или ограбить проезжих путников. Есть мы будем в комнате. Я сейчас отлучусь по делам. Скоро вернусь и закажу нам ужин. Жди здесь, – буркнул он и вышел.

Что за неотложные дела у него появились? Вещи слуги принесут, горячую воду для мытья тоже подадут. Может, решил у старого приятеля узнать последние новости с границы? Скорее всего…

Сапфир сделала глубокий вдох и встала. Подошла к окну и взглянула на улицу.

Драмар медленно погружался в сереющий вечер. Фонарщик зажигал придорожные масляные лампы. Парочки простолюдинов, одетые кто скромно, кто побогаче, прогуливались по широкой мостовой, разделявшей трактир и постоялый двор. Туремцы и зальтийцы в этом месте дивным образом создавали разномастную публику, которая ни на что вокруг не обращала внимания. Привычные находиться в обществе друг друга, они олицетворяли собой гармонию разных культур и традиций.

Внезапно Сапфир увидела их – дев в ярких одеждах из бархата и шелка. С оголенными плечами и веерами у напудренных носов, они шли по дороге шумной компанией и остановились у таверны, зазывая к себе прохожих. Девушки сжимали грудь, наклонялись, демонстрируя содержимое декольте, и поднимали юбки, показывая ноги до коленей. С таким срамом на своем веку Сапфир еще не сталкивалась. Она припала носом к окну, внимательно следя за девами, что зарабатывали на жизнь явно не за прядением у камина.

Но чего принцесса не ожидала, так это увидеть Гронидела, что вышел из двора, пересек улицу и подошел к падшим девушкам. Они тут же облепили его, как мухи сладкое, и наперебой заговорили.

Сапфир не дышала. Она внимательно следила за происходящим. Гронидел что-то сказал им, а потом одна из них взяла принца под руку и повела в сторону от трактира. Остальные блудницы разочаровано скривили лица и разбрелись кто куда, а Шершень и его спутница скрылись за углом ближайшего переулка.

Принцесса отошла от окна и плюхнулась на стул. В голове зашумел ветер. Боль в груди разрывала сердце в клочья. Горло горело огнем, а глаза заволокло пеленой слез. Она вспомнила прошлое. Свои эмоции, о которых хотелось забыть. Вспомнила поцелуй на лестнице. Это для нее он был особенным. А для него ничего не значил. Так, минутное наваждение, которое наверняка посещало опытного в утехах принца, когда становилось скучно. Мысли спутались. Стало трудно дышать. Невозможно сидеть и невыносимо ждать, когда он как ни в чем не бывало явится назад после того, как его обслужат.

Сапфир встала и побрела к двери.

Шершню действительно плевать на всех, кроме себя самого. А она увлеклась и забыла, кто из них настоящий драгоценный камень.

Хозяйка борделя, к которой привела его блудница, восседала в кабинете за огромным деревянным столом. Не знай Гронидел эту женщину с давних пор, подумал бы, что дама в платье туремской деры принадлежит королевскому двору, а в гнездо разврата ее завел нелепый случай.

Седовласая Марго прищурилась, признав в повелителе силы, замершем на пороге, принца, и встала. Взмахнула морщинистой рукой, увенчанной золотыми браслетами, и отправила провожатую погулять.

– Тебе не стоит меня навещать, мой мальчик, – тяжело вздохнула Марго и раскрыла объятия, чтобы принять в них сына давней подруги.

Гронидел скромно улыбнулся, подошел к женщине и обнял ее. Пожилая и хрупкая, она, казалось, способна рассыпаться в его сильных руках.

– Ты говоришь это при каждой встрече.

– И буду повторять это снова и снова. – Она отстранилась и пригладила плащ на его плечах. – Я успела попрощаться с тобой, мой дорогой, затем оживить, а теперь услыхала, что тебя заставили жениться.

– Почему сразу заставили? – удивился Гронидел.

– Потому что по доброй воле в плен брачных уз ты бы никогда не шагнул.

Марго стряхнула несуществующие пылинки с плаща принца и жестом пригласила его на кушетку. Гронидел отказываться не стал, но похлопал по бархатистой ткани, предлагая и ей сесть рядом. Она опустилась на край, продемонстрировав идеальную осанку, словно настоящая дама из высшего общества Турема.

– Что же с тобой случилось на самом деле? – спросила Марго.

– Я умер и ожил женатым.

– Плут! – женщина шутливо хлопнула его по руке. – Видимо, из-за брачных уз ты не вошел в мою обитель греха через парадные двери, а попросил провести тебя через черный ход.

– Больше не ходить мне по борделям, не скрываясь. – Он лукаво усмехнулся.

Марго тяжело вздохнула.

– Я слышала много нелестных сплетен о твоей супруге. Она на самом деле страшна, как сама смерть?

Гронидел мягко накрыл ладонь Марго своей.

– Моя супруга прекрасна. Это все, чему тебе стоит верить.