Роял метался, бормоча себе под нос что-то про безумие Основателя. Ему было всё равно на уговоры женщины.

– Он не мог далеко уйти, нужно остановить его!

Следующая сцена повергла меня в шок. Тара залепила ему такую звонкую пощёчину, что я даже позавидовала. Иногда мне хотелось сделать также, но увы, рост не позволял.

– Иди! Вали! Чёрт бы тебя побрал, Роял! – она плюнула проклятие ему в лицо и пошла прочь, утирая мокрые щёки ладонями.

Похоже я пропустила большую часть перепалки этой парочки, потому как сомневалась, что Тара вот так просто позволила бы ему отправиться за Дио, не перебрав все возможные способы его переубедить. Видно, Роял не собирался прислушиваться к мнению даже своей подружки, чего уж говорить об остальных членах этой группы. Люди стали расходиться сразу после ухода женщины, бросая мрачные взгляды на одинокую фигуру норда, пока на солнечной поляне не остались только мы вдвоём.

Мы глядели друг на друга, и ни он, ни я не могли прочесть затаённые мысли другого в этот момент. Он собирался отправиться за Дио и оставить меня среди потенциальных врагов. Благородно, с одной стороны и одновременно подло, с другой. Я не долго раздумывала над тем, что сказать:

– Ты собрался бросить меня здесь? – в голосе сквозила горечь.

– Анаит, – он хотел коснуться меня, но я отстранилась прежде, чем он это сделал. Было видно, как его это задело. Роял уронил руку. – Ты не понимаешь. Вы все не понимаете.

– Ты собрался бросить меня? – повторила я.

– Здесь ты в большей безопасности, чем там откуда пришла, уж поверь мне.

– Дио так не считал. Он велел быть всегда начеку с этими дикарями. –Мне уже начинало казаться, что безопасного места в этом мире нет: для одних я была орудием убийства, для других врагом, в теле ребёнка. От осознания плачевности своего положения хотелось рыдать. Не сейчас.

Наставник в непонимании глядел на меня, словно не мог понять смысл.

– О чём это ты? Когда он такое сказал? – он присел на скамью.

Не хотелось признаваться, что утаила от него что-то, но я была так зла и хотела, чтобы и он разозлился. К тому же, так появлялась возможность удержать его здесь.

– Вчера, среди камней, – я указала в сторону валунов. – Тогда же, когда рассказал, что намерен уйти.

– Анаит, ты знала и не сказала?! – Роял всплеснул руками, я же оставалась спокойной.

– Он сказал, что ты будешь ему только мешать, если пойдёшь. – Ложь. – У него есть одно дело. Ничего серьёзного. – Ещё одна ложь. – Пообещал вернуться так быстро, как только сможет. Ты – за главного.

Если Дио вернётся невредимым, Роял не станет задаваться вопросами, а если у Основателя ничего не выйдет – спрашивать будет не у кого. Мой наставник недоверчиво щурился, вглядываясь в собственное отражение в моих глазах. Но меня учили лгать с первых лет жизни, выдавать желаемое за действительное. В кои то веки, это умение пригодилось. Он сдался, понурив плечи, встал и побрёл назад под крышу гостиницы.

Не успели мы зайти внутрь, как в воздухе пронёсся пронзительный клич о помощи. Народ вслед за нами высыпал во двор, те, кто занимался своими делами всё бросили и поспешили в сторону, откуда раздался крик. Из-под сени буков навстречу нам выбежали две молодые девушки лет пятнадцати с корзинками полными коричневатых грибов. На раскрасневшихся лицах застыл ужас.

– Там, – рыжеволосая указала в сторону зарослей, задыхаясь от волнения. – Тара!

– Ведите! – Роял сбросил рюкзак на траву и устремился за девицами, ломая по пути кусты.

Несколько мужчин отправились за ними, веля остальным остаться здесь и подготовить комнату с водой, чистыми тканями и инструментами для возможных медицинских процедур. Женщины послушно поспешили выполнять распоряжение. Я же последовала за Роялом и остальными вглубь сырого леса, по пути гадая, что случилось с черноволосой женщиной.