– Валентина?
– спрашивает Лео.
– Я буду через десять минут.

Мы с Данте планировали забрать Анжелику из дома Антонио до его внезапного отъезда. Если Лео и заинтересовало изменение планов, то по его голосу этого не слышно.

– Да, хорошо.
– Я мысленно даю себе подзатыльник. Неважно, что, когда он улыбнулся мне, мне показалось, что солнце вышло из-за огромной тучи. Важно то, что Анжелика скоро будет здесь, и она будет голодной. Мне лучше найти какую-нибудь еду.

Как и было обещано, через десять минут Лео стучит в дверь. Я проверяю камеру наблюдения на кухне и спускаюсь по лестнице - столько ступенек, - чтобы открыть входную дверь.

– Привет, детка.

– Привет, мама.
– Без напоминания она поворачивается к Лео.
– Спасибо, что привез меня, дядя Лео.

Выражение лица Лео немного смягчается.

– Не за что, Анжелика.
– Он ждет, пока моя дочь войдет в дом, а затем неодобрительно смотрит на меня.
– Ты просто так открыла входную дверь?

– Я не идиотка, Лео. Сначала я посмотрела в камеру наблюдения.

Он хмыкает.

– Лучше, чем ничего. В следующий раз жди, пока я позвоню и скажу кодовую фразу.

Мы что, в шпионском боевике? Паранойя Лео сравнима только с паранойей Данте. Неудивительно, что они так хорошо ладят.

– Принято, - говорю я, чтобы успокоить его.
– Хочешь зайти поужинать?

Он принюхивается.

– Ты готовишь соус для пасты?
– спрашивает он.
– Если хочешь знать мое мнение, нужно добавить немного чеснока.

Мои щеки пылают. Неужели я намеренно не добавила чеснок? Да, я так и сделала. Черт бы побрал этот нос Лео.

– Ты ресторанный критик?
– спрашиваю я, переходя в наступление, чтобы скрыть свое смущение.
– Ты хочешь есть или нет?

– Нет, у меня есть планы.
– Он бросает на меня понимающий взгляд.
– И у тебя, судя по запаху, тоже. Увидимся позже, Валентина. Помни, никуда не выходи одна. Никаких быстрых походов в магазин на углу, ничего. Это опасно.

Я прекрасно понимаю всю серьезность ситуации. Я бы не переехала к Данте, если бы не была уверена, что угроза реальна.

– Поверь, я не собираюсь рисковать нашей безопасностью.

Я отправляюсь на поиски Анжелики, как только Лео уходит. Она в своей спальне, сидит на полу, вокруг нее Лего. Вот тебе и чистый ковер.

– Привет, малышка. Как получился пирог?

– Он был восхитительным, - сообщает она.
– Я съела два кусочка.

– Серьезно?
– с улыбкой спрашиваю я.
– Пользуешься тем, что меня не было рядом, чтобы остановить тебя? Тебе придется съесть немного овощей, чтобы компенсировать весь этот сахар.

Она поднимает глаза, на ее лице появляется расчетливое выражение.

– Никаких цуккини.

Я невольно смеюсь. Анжелика готова съесть почти все, но цуккини она ненавидит со страстью тысячи солнц. Неважно, приготовлен ли он на пару или на гриле - это единственное, что она отказывается есть.

– Никаких цуккини, - соглашаюсь я.
– Шпинат или брокколи?

Я знала, что Данте не умеет готовить, поэтому, открывая его холодильник, не ожидала многого. Но, к моему удивлению, он был полон мяса и других продуктов. Я понятия не имею, как он организовал доставку, но он это сделал. Не знаю, почему я удивлена. Данте точен во всем, что делает. Это просто сводит с ума.

– Брокколи, - мгновенно отвечает она.

– Конечно, брокколи. О, чуть не забыла. Я собрала для тебя чемодан. Данте оставил его в моей комнате. Давай я захвачу его.

– Ты не забыла Дини?

Дини - это велоцираптор ростом двенадцать дюймов, одетый в розовую пачку. За последние пару лет Анжелика отказалась от большинства своих мягких игрушек, но Дини пока пережила эту чистку.

– Ага, Дини там.
– Я поднимаю чемодан на ее кровать.
– Ты можешь распаковать вещи, пока я закончу ужин?

– Конечно.

– Сейчас, Анжелика.

Моя дочь выглядит раздраженной, но слушается. Она действительно хороший ребенок.

– Ты не возражаешь, что мы поживем здесь?

– Конечно нет, - отвечает она, расстегивая чемодан и копаясь в одежде, пока не находит своего игрушечного динозавра.
– Мне нравится у дяди Данте.

– Правда?

– Да.
– Она перекладывает свои футболки в комод.
– Я могу играть с Кэти. Я могу строить из Лего…

– И ты можешь спать в кровати принцессы.
– О которой она, кстати, забыла мне рассказать. Я прикусываю губу, раздумывая, стоит ли поднимать эту тему. Когда я сказала Анжелике, что нам придется переехать сюда на несколько недель, у нее было подозрительно мало вопросов. Я видела расчет в ее глазах, я знаю своего ребенка. Она планирует, что между мной и Данте случится роман.