Она выглядит разъяренной, и я как никогда хочу поцеловать ее.

– На этот раз я беспокоюсь не о твоей безопасности.

Она открывает рот, чтобы произнести очередное оскорбление, но тут же закрывает его.

– Что?

– Если тебя обнаружат, твой друг-хакер отследит его до Джорджио, у которого есть шестилетняя дочь Лилиана.

– О.

– Ага.

– Я поспешила с выводами, не так ли?
– В ее голосе слышится сожаление.
– Прости меня.

– Ты приготовила для меня ужин. Он был вкусным. Не за что прощать.

Она закатывает глаза.

– Не бери в голову, я приготовила ужин для Анжелики.
– На ее губах расцветает улыбка.
– Кстати, спасибо за овощи. Я ожидала худшего, когда открыла твой холодильник, но он просто переполнен продуктами. Это очень заботливо с твоей стороны.

– Ничего особенного.

– Прими комплимент, Данте, - советует она, повторяя мои слова, сказанные ранее.
– Я ведь не так часто их раздаю.

Я смеюсь.

– Справедливо.
– Я загружаю пустую тарелку и наши стаканы в посудомоечную машину.
– Я так и не закончил экскурсию по дому. Хочешь посмотреть остальное? Пока ты здесь, я подумал, что ты могла бы поработать в моем кабинете, если хочешь. Это на верхнем этаже.

– На том же этаже, где твоя спальня.

Я представляю ее в своей постели? Да. Мне нужно как можно скорее принять холодный душ? Тоже да.

Ради всего святого, Колонна. Ее дочь - твоя племянница - спит рядом. Возьми себя в руки.

Изначально я представлял себе верхний этаж как большое открытое пространство с кроватью посередине и письменным столом, с одной стороны. Но, пожив с такой планировкой некоторое время, я решил, что мне нужно иметь возможность закрывать дверь в свой кабинет. Поэтому я пошел по пути наименьшего сопротивления и просто установил двери.

Короче говоря, чтобы попасть в кабинет, нужно пройти через мою спальню. Это удобно, пока его использовал только я, но совсем другое дело, когда это касается Валентины.

Я показываю ей все вокруг.

– Сейчас, поздно вечером, из окна мало что видно, но днем из этой комнаты открывается лучший вид в доме. Отсюда можно увидеть Салюте[5]. Тебе подойдет?

Она бросает на меня странный взгляд.

– Данте, это рядом с твоей спальней. Ты уверен, что хочешь видеть меня здесь? Ты ведь понимаешь, что я работаю до поздней ночи? Я не хочу тебя беспокоить.

– Все в порядке. Я довольно крепко сплю. Если я проснусь, то просто засну снова.

– А если к тебе придет гостья?
– Ее щеки розовеют, и она избегает моего взгляда.
– Это будет очень неловко.

Мне требуется несколько секунд, чтобы понять, о чем она говорит.

– Ты думаешь, я приведу домой женщину, пока вы с Анжеликой живете здесь? Поверь мне, Валентина. Я не собираюсь этого делать.

– Ну ладно. Если только ты уверен.

– Я уверен.
– Не знаю, с чего она взяла, что я собираюсь привести кого-то домой. Я ни с кем серьезно не встречался уже… Я даже не помню, сколько времени.

– Мне нравится твой эллиптический тренажер.
– Она оглядывает мою спальню.
– Он выглядит намного лучше, чем мой.

– Не стесняйся пользоваться им. И душем тоже.
– Я указываю в его сторону. Отлично. Теперь я думаю о ней, потной, голой и мокрой. Мне нужно убраться из этой спальни.
– Хочешь увидеть сад на крыше?

– Конечно.

Ночь ясная, свежая, звезд на небе не видно - слишком много рассеянного света, - но нет ни облачка, и полная луна омывает нас своим серебристым сиянием.

Валентина дрожит, оглядываясь по сторонам.

– Я помню это здание, когда ты только купил его.
– Улыбка трогает ее губы.
– Я подумала, что ты сошел с ума, когда объявил, что собираешься ремонтировать его самостоятельно. Мы с Лео поспорили, сколько времени понадобится, чтобы здание просто рухнуло.

– И кто выиграл?
– Я снимаю пиджак и накидываю его ей на плечи.

Она сжимает его пальцами и заворачивается в него.

– Никто. Никто из нас не мог предсказать того, что ты сделал.
– Она смотрит на меня, ее глаза светятся.
– Это прекрасно, Данте.

Она так близко. Аромат жасмина, исходящий от нее, одурманивает меня так, как не смог бы виски. Ночь полнолуния, и вдалеке кто-то напевает старую французскую песню о любви, слова которой соблазнительны и полны тоски.
– Отдай мне свое сердце и душу, - доносится до нас. И я хочу этого.

Я подаюсь вперед на долю дюйма. Сделай это, шепчет искушающий голос в моей голове. Ты знаешь, что хочешь поцеловать ее. Ты хотел поцеловать ее с момента вашей встречи.