«Пожалуйста», — подхватил Калеб.

Большие темные глаза метнулись к нему. Казалось, они излучали голод и злость. Злость за то, как обращались с Эйденом. И тут он практически услышал мысли зверя. Ведьмы угрожали ему, а все угрозы должны быть устранены.

— Пожалуйста, — повторил он, и в ответ ему достался едва заметный кивок. — Спасибо.

Теперь с его вампиршей. Эйден подтолкнул Викторию в угол к стене. Зверь провел в ней почти век, но у нее не было над ним никакой власти, поэтому она была в опасности. Эйден не мог рисковать.

Он повернулся к ней лицом, помутневший взгляд горел и был устремлен куда-то за его спиной. Она облизывала губы, будто уже пробовала на вкус желанную сладость. Может, стоит попытаться накормить ее своей кровью, или жажда от этого станет только хуже?

— Виктория. — Он встряхнул ее. — Ты должна остаться здесь. Понимаешь?

Она не ответила, продолжая смотреть ему за спину, на кровь.

Тогда он крепко и быстро поцеловал ее, чтобы привлечь ее внимание. Она моргнула.

— Эйден?

— Стой здесь, — приказал он. — Хорошо?

Он двинулся вперед, уворачиваясь то от одной безумной ведьмы, то от другой. Кто-то схватил его за руку и дернул, отбросив в сторону. Он высвободился и присел, продолжая искать… окидывать взглядом… вот. Мари.

На лице ее была паника, когда она уводила своих сестер в безопасное место. Она приближалась к нему… еще чуть-чуть… он прыгнул и повалил ее на землю, покатившись и прижимая ее к неровному полу.

«Аккуратнее», — заступился Калеб.

Она отбивалась, но Эйден крепко ее держал.

— Объяви встречу открытой.

— Нет! — Паника отступила, она схватила его за подбородок и заставила посмотреть себе в глаза. — Слушай меня, Хейден Стоун. Ты любишь меня. Ты хочешь покориться мне. — Нарастающая сила пульсировала в ней, распространяясь и окутывая его. — Да, ты очень сильно любишь меня.

«Да», — откликнулся Калеб. — «Да.»

Приворот, понял Эйден. Она плела заклинание на внезапное желание любить и обожать ее. Невозможно. У него была защитная татуировка от управления разумом. Разве нет? Или он чувствовал любовь Калеба к ней? Это Калебу хотелось покориться ей? Или любовь исходила от сердца, а не от ума, и поэтому она могла заставить его чувствовать все, что пожелает?

Кто-то пытался повернуть его голову к себе. Виктория, подумал он. Он узнал тепло ее рук, но все же воспротивился. Калеб бормотал о справедливости требования Мари, о том, что все было бы хорошо, если бы они просто сделали то, чего она хотела.

— Эйден!

Голос, такой знакомый и любимый, напоминал ему, что было что-то, что нужно было сделать. Что-то о друзьях. Его друзья! Да. Ему нужно было спасти их.

Он дал ментальный подзатыльник Калебу, и потребность понравиться Мари испарилась. Он свирепо уставился на нее.

— Созови встречу. Немедленно! Объяви ее открытой, и зверь остановится.

— Слушай меня. — Ее глаза завораживали, выманивая Калеба на поверхность и заманивая их обоих в ловушку. Они молили Эйдена подчиниться, забыть о своей цели еще раз. — Ты любишь меня. Ты хочешь… — Она завопила, когда зверь укусил ее за руку и подбросил в воздух.

Она тяжело приземлилась и резко осела, стараясь восстановить дыхание. Взгляд Эйдена не отрывался от нее. Любить… повиноваться…

— Эйден, — позвала Виктория, тряся его. — Эйден! Послушай. Услышь меня. Ты должен бороться с этим.

Мари собралась с силами и встала на трясущихся ногах. Не отрывая сузившегося взгляда от него, она подняла руки.

— Ты любишь меня. Ты будешь мне подчиняться.

«Любишь, подчиняться», — повторил Калеб.

— Она делает ему больно, — закричала Виктория зверю, и через секунду, отброшенная в другую стену, Мари завизжала, но снова встала, готовая завершить заклинание.

***

На улице Мэри Энн споткнулась в лунном свете. В пещере был… дракон. Ей-богу, дракон. Ей не стоило убегать, но стремление скрыться было инстинктивным. Она запаниковала и послушалась Викторию без всяких сомнений.

Впрочем, возможно, здесь было не безопаснее. Тут велась другая война.

В этом скалистом ущелье минуту назад было спокойно, а теперь вампиры и несколько волков сражались с таким количеством фей, что и не счесть. И феи были в ярости. Может, у них и не было яда je la nune, но они бились мечами, рассекали мех и плоть, целясь в глаза, уши и рты вампирам, и орошали все кровью.

Райли был здесь. Она знала, что был. Он бы пошел за Викторией. Тогда где он? Если он ранен, она…

Позади раздался яростный крик, а потом ее придавило чем-то тяжелым. Она перевернулась на ходу, оказалось, что это Брендал тащит ее. Тут от удара о землю у нее перехватило дыхание, и она сбилась с мысли.