Шрифт:
Она сделала это. В самом деле, сделала. Она истощила силы феи.
— Можешь истощить силы других? — взволнованно спросил Райли. — Слегка, чтобы ослабить их?
Дрожа, она окинула взглядом ожесточенную битву. Волки были такими же вялыми, как Райли, феи казались сильнее, чем когда-либо. Она устыдилась маленькой искры восторга, вспыхнувшей в ее груди. Потому что хотела не помочь, а услышать больше песен, почувствовать больше тепла.
— Я постараюсь.
Глава 31
Виктория подошла к Эйдену и поцеловала его, как до этого он ее. Ему нравилось чувствовать ее в своих руках, и едва он коснулся теплых, мягких губ, чувства вернулись, мольбы Калеба потонули, и власть ведьмы над ним разрушилась. Но прежде чем он смог выразить благодарность, она отскочила, прямиком налетев на Мари.
— Что ты…
Они столкнулись и кубарем покатились по земле.
Викторию невозможно было ранить, так что Эйден не волновался о ней. Он подошел к обосновавшему у двери и никого не выпускающему зверю и поднял руки, будто собирался приласкать. Явно взбудораженный всем этим насилием зверь (нужно дать ему имя, возможно, Зубастик) раздувался и пыхтел в ноздри.
— Можешь разместить ведьм вдоль стены? — спросил Эйден.
На мгновение повисла тишина, никто не двигался и не дышал, все ждали, что будет дальше. Наконец, зверь опустил голову и начал собирать ведьм пастью, порой хватая нескольких за раз, и сбрасывать их у стены. Те, кто был в сознании, пытались сорваться с места, но он рычал им в лица, и они охотно перебирались к стене.
В конце концов, осталась только Мари. Ее борьба с Викторией не стала менее напряженной. Ногти царапали, зубы кусали, руки и ноги наносили удары.
Когда зверь двинулся в ее сторону, Эйден произнес:
— Ее не нужно. Пока не вытащу вампира. Ладно?
Зубастик фыркнул, кивая.
— Хороший мальчик, — сказал Эйден. — Когда все закончится, я приласкаю тебя.
Зубастик высунул красный влажный язык, даже завилял хвостом.
Эйден повернулся к дерущимся девушкам. Они катались по земле, их удары кулаками стали более точными — в нос, горло, живот, а удары ногами — более яростными. Они не швыряли друг друга и не выдирали волосы. Это были сокрушительные, смертельные удары без капли пролитой крови.
Как проще всего разнять ведьму и вампиршу?
Калеб замямлил, и Эйден постарался не отвлекаться.
— Виктория. Приготовься. Пожалуйста.
Прошла секунда, прежде чем она отреагировала. Метнулась к стене и прижалась, широко расставив руки и вцепившись ногтями в камень, словно это единственное, что держало ее на месте.
Мари крутанулась, повернувшись лицом к Эйдену.
— Времени почти не осталось, — съехидничала она.
Он поднял подбородок, отказываясь сдаваться.
— Почти не осталось тогда для всех нас, потому что я заберу в могилу и тебя.
— Попробуй.
— И сделаю.
— Правда? А что насчет нее? — Усмехаясь, Мари вытянула руку и пошевелила пальцами, показывая кольцо, очень похожее на то, что носила Виктория.
Живот скрутило, когда Эйден понял, что вот-вот произойдет.
Виктория бросилась вправо, подальше от ведьмы, как раз когда Эйден прыгнул вперед, чтобы загородить путь и заставить ведьму выплеснуть жидкость на него. Но он опоздал, Мари двигалась быстрее. Капли яда упали на лицо, шею, руку и бок Виктории. Она тут же согнулась и закричала от боли, одежду и плоть опалило.
Эйден изменил направление, врезался в Мари, и они покатились. Оказавшись сверху, прижал ее руками и ногами. Он был так зол, что едва не ударил ее. Он никогда не бил девчонок раньше и сейчас начинать не хотел. Вместо этого он вскочил на ноги и отошел.
— Хватай ее, — выдавил он сквозь зубы.
Зубастик сцапал ведьму и отбросил ее к стене. У нее вырвался страдальческий стон.
— Держи ее.
Зверь вернулся к ней и зубами пригвоздил к земле.
Она попыталась вырваться.
— Пусти меня!
Эйден поспешил к Виктории, поднял дрожащее тело и поднес запястье ко рту. Она сразу укусила, втягивая кровь.
— Объяви встречу открытой, — приказал он ведьме.
— Почему бы тебе не подойти и не спросить в лицо? — плюнула Мари.
Чтобы она снова заманила его в сети? Ха!
«Делай, что она говорит», — взмолился Калеб. — «Нужно делать то, что она говорит.»
«Калеб! Чувак. Этого не будет. Оставь парня в покое. От нее одни неприятности», — подал голос Джулиан.