С пропусками на выход, под видом посетителей, они спокойно прошли по одиночке кордоны внутренней, затем внешней охраны и, встретившись на площади перед дворцом, под руку вышли в город.

На неделе в Кептелле шли дожди, но к выходным снова распогодилось. Солнце светило вовсю и даже немного пригревало, и очень хотелось верить, что уже наступила весна, хотя по календарю до нее еще было больше месяца.

На площади перед дворцом возводили сцену, очевидно, готовясь к очередному оппозиционному митингу. Парни в знакомых защитных куртках тянули провода и расставляли усилители. За их деятельностью наблюдало где-то до сотни людей, в основном, молодежи.

Драйден Эргемар поморщился про себя, что, естественно, не осталось незамеченным Терией.

– Пусть их!
– тихо сказала она вслух.
– Не будем тратить на это времени! Лучше покажи мне город, а то я его почти и не видела!

– С удовольствием, моя королева!
– Эргемар улыбнулся, чувствуя, как к нему возвращается хорошее настроение.

Они шли, держась за руки, и весело размахивая ими, словно подростки.

"Словно школьники, прогуливающие урок", - уточнила Териа.

Эргемар ощущал охвативший ее азартный восторг от нарушения запрета и радовался ему. Внезапно ему стало совестно: он-то сам неоднократно ходил в город и ни разу даже не подумал взять с собой Терию!

"Ты не виноват!
– уловил он ее ответ.
– Это я слишком много на себя взвалила. Теперь буду больше отдыхать. И гулять больше. Вот!".

Так, болтая мысленно и вслух, они свернули за угол и пошли прямо по проезжей части мимо стройки, где восстанавливался старинный дом, наполовину разрушенный бомбой.

– Как много там работает людей! И как мало техники!
– поразилась Териа.
– Даже кирпичи наверх поднимают вручную!

– Что поделать, - вздохнул Эргемар.
– Строительной техники, действительно, сильно не хватает, а этот объект, очевидно, не приоритетный. В жилых кварталах и промзонах подъемных кранов, бетономешалок и всего прочего намного больше, уверяю тебя!

– Тогда почему же здесь вообще что-то делают?!

– Чтобы дать людям работу, дорогая!
– Эргемар грустно улыбнулся.
– В городе много рабочих рук и до сих пор не так много мест, где их можно приложить. Вот власти и стараются занять людей, чтобы они не просто получали пайки, а чувствовали себя полезными.

– Понятно, - тихо сказала Териа, и Эргемар ощутил ее печаль.

– Только не грусти, любимая!
– он слегка сжал ее руку.
– Все постепенно меняется к лучшему. И здесь тоже. Вот увидишь!

Они и дальше бродили по улицам, но первоначальное очарование ушло. Териа снова работала. Она замечала и отмечала все - и хорошее, и плохое.

Несмотря на утро выходного дня, на улицах было довольно многолюдно. Однако даже в толпе выделялись многочисленные армейские и полицейские патрули. Почти все люди ходили пешком либо ездили на велосипедах или велорикшах. Автомобили попадались редко из-за сохраняющегося дефицита бензина, поэтому улицы казались странно пустыми. Впрочем, несколько раз они видели переполненные трамваи, резво бегущие по рельсам, распугивая звоном прохожих и велосипедистов, а однажды дорогу им пересек большой автобус, дымящий на всю улицу газогенераторным двигателем. Время от времени попадались и грузовики, за которыми тоже тянулись шлейфы дыма.

И все же город выглядел живым и бодрым. Большинство людей были одеты бедно, но опрятно и чисто. Повсюду поддерживался порядок, магазинные витрины сияли чистотой, хотя многие были закрыты ставнями. На афишных тумбах висели плакаты, рекламирующие театральные постановки, а к кассе крупнейшего в городе кинозала тянулась, извиваясь, длинная очередь.

– Спасибо, Драйден, за терпение!
– Териа приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его.
– Я действительно много увидела. А сейчас хочу просто погулять. Ты знаешь, где?!

– Конечно, Тери!
– обрадовался Эргемар и повел ее новой дорогой, туда, где всего в двух кварталах находился парк Лалех, одно из любимых мест отдыха горожан.

Из всех мест в центральной части Кептелла этот парк всегда казался Эргемару больше всего похожим на самого себя до войны. Да, в нем часто попадались саженцы на месте старых деревьев, некоторые лужайки словно были покрыты заплатами, на дорожках асфальтовое покрытие кое-где сменялось гравийным, а парковых скамеек почти не встречалось - холодной прошлой зимой их сиденья порубили на дрова, а ажурные ножки и каркасы переплавили на металл. Но на полянах зеленела трава, на спортивных площадках перебрасывались мячом, по дорожкам бегали весело кричащие дети и прохаживались влюбленные парочки.

Особенно много людей собралось в центре парка возле большого круглого пруда с бездействующим по зимнему времени фонтаном посредине. Многие устроились на широких ступенях, окружавших пруд с трех сторон, другие сидели прямо на парапете, наблюдая за снующими в воде мелкими разноцветными рыбками. Кто-то читал книгу или газету, кто-то раскладывал прямо на земле карты или клетчатые доски для игры в битву. На лицах людей были видны умиротворенные улыбки - яркое солнце и отсутствие ветра явно поднимали всем настроение.