– Реэрн, где вы?!
– кричал он.
– Срочно готовьте транспортник! Я немедленно вылетаю на Центральную базу! И мне нужна связь!

– Что случилось?!
– Реэрн обеспокоенно выглянул из своего закутка.
– Вы хотите свернуть базу?! Но на это потребуется не меньше полусуток!

– Нет, нет!
– тяжело дыша, Тхаан остановился напротив Реэрна.
– База останется, вы продолжите исследования! Но я должен немедленно вылететь! Обещаю, через два-три дня вернусь за вами!

– Но что произошло, тьма и пламя?! Откуда такая спешка?!

– Я только что получил важную... важнейшую информацию!
– Тхаан зловеще понизил голос до конспиративного шепота.
– Послезавтра прилетает курьерский корабль, я должен успеть отправить на нем донесение в Метрополию! И мне нужно обязательно задать несколько вопросов Мивлио, я хочу видеть его сейчас же! Реэрн, прошу вас, готовьте транспортник! А я буду сейчас говорить с генералом!

Освободить от снега транспортник и снять крепящие его тросы и растяжки было непростым делом. Реэрн отправил на него всех солдат, но уже видел, что работа растянется не на один час. Тхаан, только что завершивший разговор с Центральной базой, буквально подпрыгивал от нетерпения, но пока молчал.

– Нельзя сейчас лететь, однако, - к двум кээн неслышно подошел пожилой темнолицый филит - радист Грес.
– Пурга будет!

– Какая еще пурга?!
– Тхаан сердито оглянулся: ветер мел легкой поземкой, но небо было чистым, по нему время от времени пробегали сполохи полярного сияния, среди которых висел желтоватый серп Большой Луны.
– Почему?!

– Луна крен дала, - серьезно произнес филит.

Реэрн задрал голову вверх. Лунный серп и в самом деле выглядел немного смазанным, острые рога пропали, из-за чего он и впрямь казался слегка накренившимся.

– Скоро начнется метель?!
– спросил он.

– Скоро, очень скоро. Уже ветер поднимается. Не летите никуда, переждите.

– Не могу!
– Тхаан яростно стукнул кулаком по ладони.
– Меня ждет, может быть, самое важное и ответственное дело во всей моей жизни! Я должен рискнуть! Иначе может произойти катастрофа!

– Это настоящая катастрофа!
– Мивлио зажал в укромном углу Центральной базы начальника планетного спецотдела.
– Тхаан что-то заподозрил, он возвращается! Сделайте что-нибудь!

– Что я могу сделать?!
– начальник спецотдела не удержался, чтобы не макнуть слишком борзого собеседника мордой в некую дурно пахнущую субстанцию.
– Я говорил вам: предоставьте действовать профессионалам! Теперь уже поздно что-либо предпринимать.

"Ну не ваша это стезя, господин Мивлио, составлять хитровы... хитроумные планы, не ваша", - добавил он про себя.

– Вы обязаны!
– Мивлио сорвался на крик.
– Там же есть ваш агент!

– Только один. И что он сделает?!

– Да все, что угодно! Хоть сбейте борт, в конце концов! Но Тхаана завтра на Центральной базе быть не должно!

Начальник спецотдела сделал вид, что глубоко задумался.

– Есть у меня один планчик. Но вам он обойдется не просто так!

– Что вы хотите?!
– Мивлио с подозрением уставился на него.

– Информацию. Расскажите, чего вы все-таки хотите достичь. Терпеть не могу действовать в потемках.

Мивлио смерил начальника спецотдела тяжелым взглядом.

– Вы понимаете, какого уровня эта тайна?!

– Ах, оставьте!
– махнул рукой начальник спецотдела.
– В конце концов, мы же делаем общее дело! К тому же, вы сами говорили: по крайней мере, один из нас должен добраться до своих и доложить.

Как и ожидалось, напоминание Мивлио о наверняка разработанном им плане бегства с обреченной планеты настроило его на менее подозрительный лад. Немного поломавшись, словно привередливая барышня, он таки поведал начальнику спецотдела всю правду... вернее, то, что он считал таковой.

– Теперь все понятно!
– немного покривил душой начальник спецотдела.
– Что же, вы выполнили свою часть уговора, теперь моя очередь. Только помните: время упущено, и я, к сожалению, ничего не могу гарантировать!

На самом деле спецотделец собирался пустить события на самотек. Если Тхаан сделает остановку в Звездном Дворце, тогда, да, появится некоторая возможность задержать его там на сутки... может быть. А вот если отправится напрямик на Центральную базу, тогда уж, конечно, тут ничего не поделаешь.