Клинт поднял голову, хватаясь за виски, и замер, увидев, как из чащи к дому бредёт одинокая фигура. Он вскочил, во все глаза глядя на Ванду, которая медленно шла ему навстречу. Вид у неё был виноватый и немного затравленный, она стыдливо смотрела себе под ноги.

— Лора! — крикнул он, и жена выглянула в окно, сжимая в руке телефон. Она оторопело кивнула, понимая, что полицию вызывать не надо, и отложила трубку, укоризненно глядя на Ванду.

Клинт сглотнул, понимая, что не может выдавить из себя ни слова. Он был одновременно так рад, что она не посмела с собой ничего сделать, но с другой стороны был невероятно зол. Он чувствовал себя также, когда Купер забрался на строительные леса. Его хотелось отругать и поставить в угол, но Бартон тогда был счастлив, что с сыном ничего не случилось. Этого было достаточно.

Мужчина заметил в руках Ванды верёвку и у него в ужасе перехватило дыхание. Девушка смущённо отвела взгляд, но через пару секунд всё же подняла глаза. Она увидела, как Клинт тяжело дышит, как сдвинуты его брови, и растерянно спрятала руки за спину. Совсем как провинившаяся маленькая девочка. Это отрезвило Клинта, он не нашёл ничего лучше, как просто обнять Ванду. Она удивлённо прижала руки к своей груди и уткнулась носом ему в ключицу, не понимая, что ей нужно делать.

— Я не смогла.

— И хорошо.

— Ты злишься.

— Да.

Ванда отошла, разрывая объятия, и Клинт спокойно забрал из её рук верёвку и усадил девушку на ступеньки. Они немного помолчали, и она всё ждала, когда Бартон начнёт на неё кричать.

— Во второй раз решиться на это было сложнее, — подала голос Ванда. — Наверное, потому, что тогда я не рассчитывала на чью-либо помощь.

— А что изменилось сейчас? — поинтересовался Клинт, внимательно глядя на девушку.

— Ты.

— Я был рядом с тобой всегда.

— Нет. Ты просто приходил, оставлял еду. Ты так делал потому, что чувствовал вину, а не потому, что хотел помогать.

Бартон покачал головой, собираясь это отрицать, но внезапно понял, что так оно и было.

— Выжившие испытывают чувство вины. Как я. Или как ты.

— Твой брат герой.

Ванда кисло улыбнулась.

— Я знаю, зачем ты это сделала. Ты пыталась привлечь внимание, это был крик о помощи. Ты хотела, чтобы все видели, что тебе плохо, чтобы хоть кто-нибудь тебе помог. Но мы все были слепы. Но ты и не играла.

Ванда встала со ступенек, она не хотела этого слышать. Клинт резал словами по живому, и это было невероятно больно. Ей не хотелось ни перед кем раскрываться, обнажать душу, а Бартон переходил черту.

— Ты передумала, а это значит, что ты веришь в то, что я могу тебя спасти. Это называется доверие, — тихо сообщил он в спину уходящей Ванды, у которой от этих слов чуть не подкосились ноги. Ей нужна была его помощь, как бы она это раньше не отрицала.

========== Часть 4 ==========

Из клиники Ванда вышла угрюмая и недовольная. Она отыскала глазами его машину, припаркованную недалеко от входа, и молча влезла в салон. Клинт с улыбкой протянул ей буррито, и девушка удивлённо взглянула на него.

— Я думал, ты проголодалась.

Ванда нахмурилась и приняла угощение, но есть не спешила. Она плотно сжала губы, злобно глядя вперёд, и Бартон решил промолчать. Девушка явно была не в духе, видимо, первая встреча с психотерапевтом прошла весьма неудачно. У него так и чесался язык спросить, что же всё-таки произошло, но Клинт сдерживался. Если Ванда захочет, то расскажет сама. А так он обрушит её гнев на себя, а этого совсем не хотелось. Купер вёл себя точно также. В новой школе его поколачивали, но отцу он не жаловался, хотя по глазам прекрасно было видно, что хотел. Лора настойчиво требовала всё рассказать, а Клинт принял выжидающую позицию. Рано или поздно людей всегда прорывает. Им нужен человек, которому можно было бы открыться, излить душу. Так и Купер вскоре пришёл к нему за советом.

Бартон знал, что Ванда не привыкла с кем-либо делиться своими проблемами. Она всё в себе копила, бережно складывая обиды и сомнения в свой внутренний сундук. Таким людям нужно время, чтобы начать привыкать к чужим. Ванда иногда напоминала Клинту дикую волчицу, неприкаянную, злобную и невероятно голодную. Он постепенно её приручал и ему нравился результат.

Она ковырнула обёртку от буррито и шумно вздохнула, привлекая внимание. Клинт навострил уши, готовый выслушать всё, что Ванда сейчас скажет.

— Это было отвратительно, — презрительно прошептала она, и Бартон слегка усмехнулся.

— А кто сказал, что будет легко?

Ванда скосила на него недовольный взгляд, и Клинт замолчал, поняв, что лучше ничего не говорить.

— Она прекрасно видела, что я не желаю общаться, но всё равно лезла ко мне с дурацкими вопросами и не менее идиотскими тестами.

— Она врач, ей положено лезть в душу.

— Не оправдывай её. Я совершенно не нуждаюсь в помощи каких бы то ни было психотерапевтов.