Юббе вздрогнул: молодой двадцатилетний Рюрик, обречённый на короткую жизнь и знающий об этом, замышляет объединить родственные племена, побитые по отдельности, разбросанные в разных местах - спрятавшиеся кто в горах, кто за болотами, кто в лесах… Да мыслимо ли это?!

– Да… Тяжело будет!
– задумчиво ответил отважный пират, прикинув все тяготы выбранного Рюриком пути.
– Разные вожди и уже разные боги… - Фриз посмотрел на Рюрика, указывая небрежным жестом на семь зажжённых свечей в массивном подсвечнике, языки пламени которых склонялись то к одному, то к другому князю, как бы принимая участие в их разговоре.

– Меня волнует пока только то, что ты думаешь, - заявил Рюрик, в упор глядя на князя фризов, не обратив внимания на его жест.

– Мы с тобой и так вместе, - улыбнулся Юббе и ласково пояснил: - Нас ведь разделяет только Эльба. В любое время я готов помочь тебе в битве с германцами. Благо, с моей стороны поморяне не нападают, а лютичи, вагры, ободриты и волыняне "делают" такие же дела, что и я.

Фриз отвернулся от подсвечника, уловив видимое безразличие князя к столь знаменательной детали убранства его гридни, и снова улыбнулся, но теперь уже самому себе.

– Повезло тебе с соседями, не то что мне, - резко вдруг проговорил Рюрик.

– Значит, дня через два будет ясно, что скажут волохи?
– после некоторой паузы спросил Юббе, вновь удивлённо ловя себя на мысли: откуда у Рюрика взялся такой великолепный светильник…

– Да, - ответил Рюрик и рассеянно проследил за взглядом фриза, направленным в сторону древнего подсвечника.

– А к тевтонам и куршам посылал кого-нибудь?
– дипломатично спросил Юббе, переводя взгляд с подсвечника на священный котелок.

– Руальда с Эбоном [50] , - ответил Рюрик и уже сознательно перехватил взгляд гостя…

– Храбрые воины и мудрые послы!
– похвалил выбор Рюрика гость.
– Но Руальд, наверное, уже совсем стар?

Юббе отложил расспросы о семисвечнике на более подходящее время. Он твёрдо решил отвлечь внимание хозяина от его вещего сна и, не сбиваясь, начал задавать вопросы, на которые князь рарогов, фриз был уверен в этом, будет отвечать охотно.

И Рюрик отвечал, казалось, охотно:

– Да, Руальд стар, но ещё крепок. Думал, он сможет уговорить вождей этих племён не поддаваться германцам, да, видно, опоздал я.

– Подкупили?
– скорее утверждая, чем спрашивая, сказал Юббе.

– Похоже, что так, - горестно подтвердил Рюрик. Юббе осуждающе покачал головой.

– Не скрою, я думу держал даже о русциях, - усмехнулся над самим собой Рюрик.
– Да решил, что накрепко осели они возле своего моря.

– Уж очень далеко они, князь рарогов. Вряд ли кто из них откликнулся бы…

Рюрик согласно кивнул головой.

– Да и у греков на службе много таких, кого отец когда-то питал надежду присоединить к себе, - добавил он, но не успел договорить, как внезапно отворилась дверь и запыхавшийся старый Руги возник на пороге гридни и срывающимся от волнения голосом возвестил:

– Прибыли! Ладьи только что пристали к берегу!

– Сколько?
– с радостной надеждой выкрикнул Рюрик, быстро вскочил с места и чуть не опрокинул скамью. Юббе тоже встал и жадно ждал ответа слуги. В это мгновенье в гридню вбежал юноша, раскрасневшийся, большеголовый, светловолосый, в простой рубахе, поверх которой была надета кожаная сустуга, на которой выделялся особый знак - силуэт сокола, пришитый суровыми красными нитками.

– Рюрик, они вернулись!
– возбуждённо и звонко воскликнул юноша, бросившись князю в объятия.

– Знаю, Олег, знаю!
– радостно ответил Рюрик и крепко прижал к себе юношу.
– Все целы?
– обеспокоенно спросил он Руги.

Олег обиделся, что вопрос пришёлся не ему, но сдержался и дал высказаться старому, любимому слуге.

– Наши целы все, а волохи дали… всего десять ладей с людьми. Предводителями у них - Аскольд и Дир, - проговорил Руги, и торжества не слышалось уже в его голосе.

– Десять ладей?
– упавшим голосом переспросил Рюрик.
– Это всего четыреста человек? Что я смогу сделать с такой горсткой людей?!

Радость у присутствующих как рукой сняло.

– Можа, завтра прибудут ещё?
– схитрил Руги.

– Ты спрашивал об этом на пристани?
– оживился на мгновение Рюрик.

Юббе сдержанно молчал. Руги развёл руками:

– Спрашивал, но…

– Зачем же тогда… - вскипел Рюрик, но Руги его перебил:

– Всё бывахоть!

– Руальд и Эбон на пристани?
– всё так же гневно обратился князь к слуге.