Шрифт:
– Будь вечером у меня - капитан расскажет тебе все. По Гамбургскому счету. Тогда и решишь. Согласен?
Йозеф немного помедлил и сказал:
– Ja.
Левушкин вдруг всмотрелся в зеркало заднего вида, потом обернулся, оглядел экипировочный отсек и задумчиво пробормотал, потирая висок:
– За спиной застыла будто
Тень без тела и лица -
То ли черта, то ли Брута,
То ли Гамлета отца…
– Никак не дает покой твой черный человек?
– Выспаться мне надо. Но не могу. Глаза закрою - всякая чертовщина мерещится.
Левушкин хлопнул дверцей и побрел в здание, оставляя на чистом квадрате свежего снега неровные бороздки следов.
– Жрать охота - сил нет,- сказал Иван, встретив его в коридоре.- Пошли, пожуем, командир - Игорь бутерброды сообразил. Ты ведь на меня не дуешься? Скажи, что не дуешься. А то поеду ночевать в гостиницу.
– Устал я что-то, Ваня…
– Пойдем-пойдем.
В комнате отдыха витал бодрящий аромат свежесваренного кофе. Ганимед суетился с медной туркой у конфорки. Игорь выковыривал из банки остатки паштета. Грязные стаканы исчезли со столика, сменившись горкой бутербродов.
– Аверьяныч расстарался,- сказал Иван.
Олег собрался сесть, но замер и всмотрелся в темный угол комнаты:
– Ты тоже не видишь его?
– Кого?
Олег пожал плечами:
– Не знаю. Ходит за мной который день.
– За мной там тоже бежал один,- сказал Игорь.
– Что?
– Ну, там - в игре. Бежит и кричит: "Левушкин, постой! Левушкин, постой!". Прямо перед тем, как Аким Аверьяныч с меня шлем сдернул. Странный какой-то. А может, это у меня уже гипноглюки начались… Теперь уже и не узнаю, зачем он меня звал.
Олег поперхнулся куском бутерброда, так что Ганимеду пришлось бросить разливать кофе и хлопнуть старшего Левушкина по спине.
– Дурья голова,- выдавил Олег.- Он не тебя - он меня звал. Иван, дай шлем!
– Дудки,- сказал Репьев.- Поешь и отдохнешь. Это приказ. Вечером сходишь, пока я буду беседовать со Штольцем. Если он тебя ищет - узнает, что ты в сети.
Олег вдруг ткнул пальцем в угол:
– Чертовщина! Он исчез. Ты видишь?
– Угу,- с усмешкой кивнул Иван.- Я и раньше видел, что там пусто, но теперь я в этом уверен.
15. Пепел
Солнце уже склонялось к закату, но тонкая как нитка линия горизонта еще дрожала в зыбкой пелене знойного марева. Олег провел рукой по заржавленной обгорелой двери грузовика. Вздувшаяся пузырями краска сползала с металла клочьями, как опаленная кожа. Машина уткнулась в пыльную дорогу разбитым капотом, повернув к небу помятые тонкие ребра с уцелевшими клочьями брезента. Левушкин припечатал грязную ладонь к несгоревшему куску борта, и на дереве цвета хаки остался блестящий от сажи аспидный отпечаток.
Олег обернулся - следы пришельцев на сгоревшей траве уже успели затянуться, и выжженная пустошь отливала вороненой гладью. Невесть откуда взявшаяся тут бабочка кружила неподалеку, как подхваченный ветром листок. Время от времени она снижалась, пытаясь найти место для посадки, но не было ничего живого здесь, в груде исковерканного заржавленного металла разбитой автоколонны.
Перевернутый УАЗ все так же лежал поперек придорожного кювета. Олег подобрал позеленевшую автоматную гильзу и присел на горячий простреленный скат запаски. Кисловатый запах пороха давно выветрился из латунного цилиндрика, но горечь металлической гари стойко висела в горячем воздухе. Легкий сухой ветер гнал вдоль пустоши пепельную поземку. По выгоревшему небу ползли удивительно схожие облака - единственное, что нарушало реальность этой иллюзии.
Незнакомца Левушкин увидел сразу - он возник прямо посреди поля и пошел навстречу, не касаясь черной травы. Лейтенант открыл консоль, чтобы определить имя и адрес незнакомца. Но из этого ничего не вышло - пришелец не имел ни того, ни другого.
– Вы меня искали?- спросил Олег.
– Да,- ответил незнакомец,- и уже давно.
Левушкин пристально всмотрелся в призрачную фигуру.
– Как вы попали в закрытую зону? Кто вы?
– "Если социум устроен дерьмово - ему нужны дворники",- процитировал пришелец.
Олег отбросил гильзу в черную пыль и поднялся:
– Звягинцев?! Где ты?
– Вопрос несколько неточный, если учесть мое настоящее состояние,- ответил Звягинцев.- Следовало спросить - "что ты?".
– Что значит эта загадка?
– Она значит, что в данный момент я - волна. Собственно, все мы в той или иной степени - модулированная волна. Особенно, здесь. И только я - волна в степени абсолюта.