–  Да я тебя…- оскалился тот.

–  Остынь. Девка права. Никуда она не денется, - согласился главарь. Но от горла Николая свой нож не убрал.

Ехали быстро и недолго. Окаймлённая огромными елями поляна выходила на озеро. Сейчас оно начинало покрываться рваными хлопьями тумана, но Максим его узнал. Как оно? Типа карстового. Бездонное.

–  Документы - протянул мрачный руку к Николаю.

–  Что?

–  Документы на машину, ключи.

–  Нет!!!

–  Мои хлопцы умеют убеждать. Это вон сестрица твоя? Похожа. Штык, она тебя в автобусе обидела? Начинай.

–  Не лезь ко мне тварь!

–  Держи, - протянул Николай требуемое.

–  Вот так. А теперь все четверо - вон туда.

–  Дан, я эту…

–  Некогда.

Их оттолкнули в сторону берега и главарь со Штыком достали автоматы.

Всё, их время вышло. Через мгновенье пятеро корчились, захлёбываясь в бурлящей в них боли, а Дан - главарь сидел на земле, с изумлением разглядывая онемевший конечности. Водитель остался в автобусе и участи подельников пока не разделил.

–  Ну, наконец-то, - вздохнул Николай.
– Что-то ты слегка заволокитил решение этого вопроса. Ты смотри!
– поднял он валяющийся возле Штыка автомат. "Узи", что ли? Нет, поновее. Хороша игрушка. Ну, девчата, всё нормально, - начинал он тормошить всё ещё неподвижно стоявших девушек. Первой пришла в себя Тоня. Она подскочила к лежащему Штыку и с криком "Мразь" изо всей силы заехала тому ногой куда-то в бок. Затем присмотрелась. Присела, заглянула в лицо.

–  Что с ним… С ними?
– испуганно спросила она у Максима, увидев перекошенное ужасом и болью лицо.

–  Искупают грехи, - хмуро ответил Максим, поворачиваясь к Дану.

–  Кто послал?
– поинтересовался он.

–  Да пошёл ты, - выругался ещё не всё понявший главарь.

–  Кто послал?
– повторил Максим. По продолжительному стону стало ясно, что вопрос Максим подкрепил неким болевым аргументом.

–  Ясень.

–  Красивое имя. Где он сейчас?

–  Ждёт там же за столом. Ты же видел. Бородатый.

–  Кто он?

–  Да пошёл ты… А-а-ммм.

–  Максим, прекрати сейчас же!
– метнулась вдруг к нему Татьяна.
– Ты же… как ты можешь! Его… и… и тех…

–  Да ты понимаешь, что они собирались сделать? Ты что, спала? Вот видишь - верёвки, блоки. Вон лодка. Мы бы все уже были там. Там!!! На дне! И ты!!! И Тонька!!! Ты это понимаешь!

–  Я понимаю, Максим, но это они! А это - ты!

–  Не понимаешь! Сколько там уже? Ну, сколько? Быстро, мразь!
– хлестнул он болью главаря.

–  Девять…

–  А девчат?

–  Четверо… Но это всё Ясень!!!

–  Это здесь! А всего? Сколько всего?

–  Шестнадцать… семнадцать… не знаю! Но это всё…

–  Ты слышала? Слышала?

–  Слышала. Но на него есть суд… земной и суд Божий.

–  Божий?
– ещё больше взъярился Максим.
– Эти твари убивают людей. Вот так, просто, делишки у них такие. Где-то так шестнадцать - семнадцать. Вот так, как нас! Как вас. И ещё, может и не так. "Времени нет!" - слышала? А когда время было? Ну, мразь, насиловали?

–  Это вон, Штык! Он ненормальный!

–  Слышала? А ты - суд Божий? Где он был, твой Бог, когда они… они… Всё! Ну, какой смерти боишься?
– заглянул он своим страшным взглядом в душу главарю.
– Идите отсюда!
– это уже своим.

От увиденной казни главаря вдруг стало плохо Тоне. Николай взял её под руку и пока посадил на какой-то пенёк. Сам, подхватив автомат, рванулся к микроавтобусу. А Татьяна, закрыв глаза, стояла рядом с умирающим блатнарём и шептала молитву.

Вначале сорочий стрекот автомата не насторожил - Николай свою разборку устроил. Но потом пули хлестнули по Максиму, в который раз продырявив одежду. И ещё - тонко и жалобно мяукнув, начала оседать стоявшая рядом Татьяна.

От яростного ответа Максима стрелявший водитель, казалось, выгорел изнутри.

–  Беги, посмотри, что с братом, - отправил юноша рванувшуюся к нему Антонину, сам осторожно опуская на землю Татьяну. С ней было плохо. Очень плохо. Пуля попала в висок, разворотила мозг и вышла, вырвав глаз. В один момент красивая милая девушка превратилась в ужасный труп.

–  Нет… Нет… да нет же… - шептал Максим, пытаясь удержать стремящееся куда-то… поле? душу? Парню было не до определений. Удержать. Удержать рядом. Пока он… А что он? Сможет?

–  Сможешь. Ты должен. Слышишь, должен!
– прихромал, поддерживаемый сестрой Николай. Он был ранен двумя пулями в живот. Но, узнав, что попали и в Татьяну, заставил Тоню приволочь его сюда.

–  Да начинай же! Ну!
– неосознанно и глупо грозил он Максиму автоматом.

–  Не могу. Мозг разрушен. И это… это… это…уже не в моей… власти… - сдался Максим.
– Это тебя надо срочно в больницу. У самого скоро…

–  Да ты что? Ты что! Ты её вот так оставишь? Она же из-за тебя!
– отшатнулся раненный.