Шрифт:
В принципе, Максим справился за три сеанса. В космонавты Ивану Павловичу было, вроде, не надо, а в остальном всё поправлялось более - менее просто. Болезненно, но просто. Улыбнувшись, Максим попробовал «исцелить» даже лысину. Наверное, удалось. Ну, этого он уже не увидит.
– Вот и всё, - улыбаясь повернулся Максим к жене и дочери. Но ответной улыбки не увидел. Обе смотрели на него с ужасом, с каким-то застывшим женским визгом.
– Да что с вами? Всё в норме, говорю!
– Чччто с вами?
– прошептала, наконец, жена пациента.
– Да ничего. Устал немного.
– Ааа… это?
– показала она на лицо.
Максим потянул ладонью по лбу, посмотрел на кроваво- красную липкую жижу.
– А… ерунда. Сейчас умоюсь, - поднялся он с полки. По дороге заглянул в зеркало. Нет, пить не надо. Коньяк выходил какой-то розовой пеной и его и без того жуткое лицо казалось порождением кошмара. Даже не с улицы Вязов. Фредди здесь отдыхал.
– Это так больно? До кровавого пота?
– поинтересовалась ожидающая в коридоре Людмила Александровна.
– Да нет. Это из меня так спиртное выходит. Не надо было, да обидеть не хотел.
– А ведь могли и соврать. Цену набить. Как романтично бы было!
– Знаете, я поправил всё. Вообще всё. Ваш Иван Павлович не будет теперь ни пить, ни курить. У него ничего нет в лёгких. Ничего, понимаете? И… и… ну, в общем… не удивляйтесь его поведению там, на море.
– Чему это мне удивляться?
– насторожилась женщина.
– Ну он… опять… и после долгого перерыва… ай, ну всё вы понимаете.
– Вы это серьёзно? Или так, догадки? Простите. Да, это болезненная тема - согласилась Людмила.
– Он здорово психовал по этому поводу. Столько лет прожили, а не понимал, что не это главное, когда любишь.
– Не это?
– Вы ещё молодой… Нет, не это. Притерпелась бы. Замену бы не искала, - тонко улыбнулась она.
– Но разве вам, мужикам объяснишь? Но в любом случае… чуть не сказала «спасибо». Как мне вас благодарить?
Начиналось самое неприятное - проявление благодарности.
– А давайте так. Вот когда убедитесь, тогда и поблагодарите!- начал выкручиваться он.
– Где же я тогда… идея!
– женщина кинулась в купе.
– Вот, возьмите, - протянула она навороченный сотовик.
– Да что вы…
– Берите - берите. И ещё… видно, что вы попали в какой-то переплёт. Вот, возьмите…
– Да я…
– Бери - бери, - поддержала мать Светлана.
– В таком прикиде в столице в момент заметут.
– И пойдём выйдем. Разговор есть.
Мать не препятствовала - проводила парочку своим долгим взглядом.
– Скажи, ты вот так всё-всё-всё можешь?
– поинтересовалась девушка, когда они заняли тоже место у расписания движения.
– Всё- всё- всё, - улыбнулся Максим.
– И даже это… самое страшное?
– Смерть что ли? Нет… не знаю…
– Да не про это я. Про болезнь.
– Ты про рак, что ли?
– Не называй! Ну, можешь?
– Приходилось.
– И как, удавалось?
– Что ты выпытываешь? Спать уже хочу. Я же сказал - могу.
– Тогда… Тогда давай вернёмся, а?
– Это ещё… аааа. Ясно. И кто?
– Парень один. В хосписе сейчас. Талант. Нельзя ему умирать. Не всё написал. Ты послушай!
Девушка прикрыла глаза и нараспев, под какой-то романс начала:
Быть может, в самый первый раз На лист бумаги строки не ложатся. Мне тяжело писать для Вас И этим с Вами навсегда прощаться. Но всё же, до конца строки Прочтя моё последнее посланье, Хоть взглядом, хоть движением руки Ответьте на невольное признанье. Была недолгим счастьем дружба Ваша Я ею больше жизни дорожил. Но Вы не знали, не догадывались даже, Что я Вас против воли полюбил. Мне Вас любить нельзя, я это знаю, И сердце ваше занято другим. Простите за прощальное признанье, Простите, коль обидел Вас я им. Я ухожу. И от весны к весне Для Вас я добрым эхом буду Но Вы не вспоминайте обо мне, Забудьте, как и все меня забудут.– Ну как?
– поинтересовалась Светлана, немного помолчав после последней строчки.
– Это он тебе написал?
– глухо поинтересовался Максим.
– Ты что, ва-а-абще? Я бы уехала, если бы это он мне? Нет, я не его девушка. Я пока кошка - гуляю сама по себе.
– И лишь по весне с котом?
– улыбнулся Максим.
– Бесчувственное животное! Сейчас и шутить? Когда он…
– Но ты же сейчас едешь греть эээ ну… все места, «когда он».
– Я не могла его спасти. Ты - можешь! Поехали. Вот, как раз табличка. Сейчас сколько? А вот - когда в обратном направлении. Не получается. Или… Ну, подождём. Поехали, а?