И вот теперь Максим набирался сил и мужества. Он чувствовал, что тело ещё не оправилось от всех этих травм. Что надо бы ещё денёк. Даже сутки. Вот сюда кровать, и спать под солнечным и лунным светом. Но было некогда. Дальнейший рост опухоли повлечёт… как это говорят эти эскулапы… да, необратимые последствия. Нет, он смог бы начать и завтра. Всё равно спас бы. Но этот мозг, эта махина станет ущербной. Надо начинать. Немедленно. Не откладывая. Ну! Ты же сутки отдохнул от боли! Тебе же не привыкать! И разве не интересно, что хочет сказать этот странный старик?

Настроившись, Максим подошёл к больному, подвинул стул. Сел.

–  Закройте двери. Никого не пускать. Когда упаду - подтянуть к окну, к солнечному свету, - скомандовал он, заглянув в глаза вновь закрестившимся монашкам. Затем, держа ладони над висками старика, начал новую борьбу.

В это время заведенный строптивым пациентом врач решил пока выполнить указание главного и установить этого нейрохирурга. Что-то вроде было… Он подключился к Интернету и погрузился в океан информации.

Монахини с ужасом смотрели, как вдруг засветились пальцы у этого страшного обожженного мужчины. Затем голубое свечение охватило ладони и, расширяясь, двумя яркими лучами проникло в праведника. Поскольку молитвы о защите "от лукавого" не помогали, они прекратили шептать и креститься и невольно подошли ближе. Отец Афанасий лежал умиротворённо, лицо выражало какое-то светлое спокойствие. Не потерпел бы он, даже в таком состоянии не потерпел бы, если бы к нему подобрался нечистый. А вот этот, новенький… Было видно, что он с трудом сдерживает… нет, вот уже и не сдержал - застонал. Затем таинственные лучи начали блекнуть и мужчина откинулся на спинку стула. Переглянувшись, сиделки оттащили его к окну, как и просил - под солнечные лучи.

–  Что скажешь, сестра?
– шёпотом поинтересовалась сиделка монаха у своей товарки.

–  Посторонних сюда не направляют. И, знаешь, его вчера никаким привезли. А сегодня - видишь…

–  Да, и отец Афанасий сказал, вот, мол, дождался.

–  Так и сказал?

–  Буквально. Ещё что-то сказать хотел…

–  Значит…

–  Значит, будем помогать.

К этому времени Максим пришёл в себя и уже открытыми глазами уставился на солнце. Монашки опять перекрестились, но смиренно ждали дальнейшего развития событий. Вскоре он встал и всё повторилось снова. И странное дело - с каждым разом, теряя до беспамятства силы, Макс, тем не менее, чувствовал, как вновь расправляет кружева лучей его вторая, таинственная сущность.

Ближе к обеду он понял - хватит. Даже не ему - его пациенту. Возраст и болезнь подточили организм, и теперь надо было его укрепить. Теми самыми золотыми лучами. А бороться дальше - ночью.

Монахини заботливо поддерживали его под руки, когда опустошённый юноша возвращался в свою палату. Они уже уверовали.

–  Идите к отцу Афанасию. Понадобитесь. Скажите, вечером… то есть, ночью продолжим.

Убедившись, что чудотворец спит, сиделки быстро прошмыгнули к Афанасию - ждать. И ждать пришлось недолго. Вскоре тот открыл глаза и порывисто сел на своей койке.

–  Где он, сестра Ольга?

–  Отдыхает. Спит то есть.

–  Немедленно разбудите и позовите ко мне. Боюсь, что это просветление и облегчение от страданий даровал мне Господь для исполнения последнего моего долга…

–  Но, отец Афанасий, он только от вас вышел. Он вас… не знаю, исцелял.

–  Как?!

–  Лучами. Пресветлые лучи лились из его перст на ваше чело. Поначалу голубые, а затем - и золотые… Не смотрите на меня так! Сестра Регина подтвердит.

Вторая монахиня утвердительно закивала головой.

–  Вот видите! И сказал он, что мы понадобимся вам, а он придёт в ночи.

–  Верю, только слог этот торжественный оставьте!

–  А как же ещё о чуде возвещать?
– закрестилась монашка, вдруг упав на колени.

–  Слава тебе господи! Послал избавителя нашему святому отцу!

Отец Афанасий и вторая монашка тоже перекрестились, почитали молитву, но без такого же восторга.

–  Помогите мне пройти в нужное место, - попросил монах, вставая.

–  Но вам же…

–  Никто мне не запрещал! Просто, сам уже не мог. А теперь - могу.

А лечащий врач Сергей Петрович уже узнал, кто таков кудесник - нейрохирург Василий Иванович. Да, строптивый пациент не соврал. Были там случаи. Но короткое время. И этот… Максим там лежал? Ну что же… если теперь и у нас… Он рвался к старику. Значит… И врач почти не удивился, увидев в палате бодрствующего и довольно оживлённого монаха.

–  Уже?
– только и проронил он, кинувшись в поликлинику, туда где сегодня принимал неких "випов" главврач. Лечащему врачу отца Афанасия он ничего не сказал. Добрые вести надо спешить приносить начальству лично. А врачу санитарка сама должна. Сейчас спохватится.

Главврач выслушал Сергея Петровича очень серьёзно.

–  К сожалению, мы нечего не можем уже уточнить у пославшего его к нам митрополита… Вчера же и умер. Но, наверняка, этот наш эээ пациент был с ним в той церкви. Внимательно посмотрите информацию и по ней. Отца Афанасия осмотрю лично. Вскорости. Шума не поднимать. С вашими выводами попрошу пока ни с кем не делиться. Подготовку к операции прошу продолжать.

–  Какая уже операция? Он уже сам…

–  Вы поняли мои указания? Вот и исполняйте! Идите, я скоро буду.