–  Вы не объясните, что происходит?
– примчался, отдуваясь, журналист с камерой.
– Кстати, я давно собирался взять у вас интервью. У детского дома инвалидов несколько месяцев дежурил… А сейчас меня Елена Петровна на вас нацелила…

–  Что там передали?

–  По всем центральным каналам - что наш И.о. скоропостижно скончался. Якобы не выдержало сердце от вести о катастрофе…

–  Какой именно?

–  Есть большая вероятность падения чего-то. Не то кометы, не то астероида… Учёные завопили уже, что ничего подобного. Поэтому люди не очень охотно снимаются с мест. Не верят… Да, а приемник пока - Министр обороны. Поэтому и не верят. Думают - путч какой. Тем более, что остальные силовики вообще не показываются.

–  Там же был кое-кто ещё. Ах да, вы правы, настоящие силовики вообще не показываются.

–  Вы о чём? Расскажите!

–  Вы когда можете выйти в эфир?

–  У меня не та аппаратура… но если смотаться быстро…

–  Давайте! Камеру на меня! Быстро!

Максим собрался, попробовал передать всю силу убеждения в глаз кинокамеры.

–  Жители столицы! Сюда, на ваш город, на вас скоро обрушится смерть. Вы можете не верить властям, не верить мне… И всё же, поверьте… И покиньте город. Это ненадолго. И если… если… всё же не верите, то хоть детей вывезите. Власти вам помогут. Я… я очень - очень вас прошу. Все, кто меня знает, - объясните и вы, что это очень серьёзно. Давай, и ты, Алёна.

–  Люди! Умоляю! Поверьте!

–  Всё, езжайте.

–  Но интервью?

–  Даже вы не верите. Езжайте, спасайте людей. Син… то есть Елена Петровна подтвердит, что я… глупостями заниматься не буду.

–  Она говорила, но хоть пару слов. Я за вами уже год…

–  Обещаю сколько угодно слов после того, как всё кончится.

–  Но я первый. Эсклюзив! Всё, помчался.

Они опять остались вдвоём. Неожиданно расплакалась Алёна.

–  Да ты что?
– приобнял её за плечи Максим.

–  Так всё быстро кончилось…

–  Перестань. Ну, пожалуйста…

–  Мы умрём? Но мы же умрём, да?

–  Не знаю. Знаю, что надо спасать людей. Я… я, Алёна тоже вот недавно жалел, что на мелочи этот… дар тратил. А сейчас… Ты только подумай, сколько мы людей спасём!

–  Тебе бы всё масштабы… мальчишка, - грустно улыбнулась девушка.

–  Масштабы. Теперь - масштабы. Дурак я. Чтобы князь тьмы - и вот так просто здох? Знаешь, не случайно меня от Сама отвлекали. И вот это, чего мы ждём, - его последний ресурс. Мы только после Крокодила допетрили. А надо было… Поздно. Вон, смотри, ещё прибыли.

Толи Синичка кому перезвонила, толи уже журналист - следопыт с кем связался, но к ним мчалась съемочная группа с броской надписью знаменитой телекомпании на борту автомобиля.

–  Видишь, будем в прямом эфире. Ты не против?

–  Пацан ты пацан. Ладно. Только неудобно как-то. В такой одежде…

Действительно, толи по совпадению, толи по вот такой планиде, но оказавшись в очередной раз голыми они здесь, на этом месте, могли зайти только в церковь, и разжиться только рясами. И если Максим сейчас мог пойти за монаха, то Алёна на монахиню - ну, никак. Да ещё со своими бусами на открытой шейке и длинными густыми, растрёпанными сейчас волосами.

–  Ну почему? Наиболее приемлемая сейчас одежда. Можно было истребовать и парадную, но как-то… Не по сану.

–  Не остри. Батюшку до синевы напугал. И сейчас из церкви носу не кажет. Молится.

–  Ладно, давай, разбирайся с этими киношниками.

Максим разбирался недолго.

–  В-о-о-он туда, - указал Максим на какую-то светящуюся в далёкой темноте точку. Там уцелеете.

–  Но…

–  Камеры работают?

–  Чёрт возьми, как не вовремя! Что это…

–  А теперь? Так что - или там, или вообще ничего не снимете.

–  Да-а. Круто. Ладно. Но в темноте, с такого расстояния… А будет, что?

–  Будет. К сожалению, очень скоро будет.

–  О! Это Вас - протянула телефон журналистка.

–  Максим, это я. Наш генерал раздобыл где-то вертолёт. Так что очень скоро буду. Смогу чем помочь?

–  Елена Петровна… вы… могли бы… нет! Не успеете! Не суйтесь сюда!

–  У меня свой долг. Ну, что я могу сделать?

–  Ладно… Только быстро… Я не знаю, сколько ещё… Но здесь маршала не слушают! И силком загонять в машины - на успеют! Вам верят. Если успеете… Надо, чтобы люди уехали…

–  Всё поняла. Вот ещё генерал спрашивает, что они могут.

–  Анатолий! Давай к Юрию Степановичу! Ты там наверняка нужнее!
– А я ничем помочь не могу. Я просто прилечу вот сейчас и встану рядом с тобой!
– ворвался ещё один знакомый голос.

–  Тонь, не надо… Дай телефон Николаю.

–  Коля, сестрицу никуда не пускай. Хоть свяжи. В столице вам делать сейчас нечего. Всё.

Максим посмотрел на снимающую его крупным планом журналистку.

–  Прямой эфир?

–  Нет. Обоснуемся там, сразу пойдёт.