–  Кто-то стрелял в коридоре.

–  Это я и без тебя знаю. Ты что делал?

–  Ходил туда- сюда. Здесь даже лечь негде.

–  Ничего. Скоро негде будет и сесть. На химию его! А того психа - в госпиталь на обследование.

–  Скажите, а тот лейтенант, который тех сюда запустил, его фамилия как будет?

–  Зачем тебе? Жаловаться собираешься? Не советую. Хотя… Гуренко его фамилия. Ну, время поразмыслить у тебя будет. Очень скоро побеседуем вновь.

Максима повели по мрачному сырому коридору.

–  Интересно, что с той стороны?
– наивно поинтересовался он, кивнув в направлении стены.

–  Спираль бруно, проволочка под током, стена в четыре метра и вышка с пулемётом. Так что и не надейся. Ни на пролом, ни на подкоп. И вообще. Просто по-человечески советую - не ерепенься. Сейчас прислонишься к стене и дыши через раз. Потерпи пол - часика, затем стучи и требуй дежурного. Можно и дольше высиживать, но ты не геройствуй.

–  Но…

–  Всё. И так много сказал, - заявил конвойный.
– Вон, напарник мой вишь, надувается. Ничего, Коль, такой инструктаж ему не повредит.

Максима ввели в тёмный каменный мешок и быстро захлопнули двери.

О таком он уже читал - камера с хлоркой. Ладно. Говорит - пол- часа? Значит, минут через сорок сами проверят, как я здесь. Мало времени. Совсем мало. Судя по всему, там, на воле, ночь. Вся эта полоса препятствий, наверняка, освещается. И потом, после всего, по городу - голым… Хлорка пока никак на него не действовала. Но задумываться было некогда.

" Я же прохожу сквозь стены и сквозь воду проходил. А если…" Приложив небольшое усилие, Максим погрузил одну ногу в бетонный пол, затем другую. Затем ввинтился в землю по пояс. Набрав воздуха для смелости, окунулся в землю, как в воду - с головой. И тотчас заработало другое зрение. В каком-то красном свете, похожим на тот, который освещал их ванную, когда отец по-старинке делал фотографии, Максим увидел слой бетонного пола, затем - бетон фундамента, потом шла земля,почти безжизненная здесь - лишь изредка в своих ходах извивались черви разной величины.

"Значит, куда-то в ту сторону, - сориентировался Максим. Вскоре, по количеству сплетающихся в паутины корней он понял - здание кончилось. Сейчас эта полоса. Здесь подземное царство изобиловало копошащейся живностью. Бахромой свисали разной длины и толщины корешки и корни. Прорывались куда-то по своим делам пара кротов. Вон там обустраивала свою норку какая-то мышь. И черви, черви, черви. Засмотревшись, юноша ахнул, вдруг вывалившись наружу. Инстинктивно он отпрянул назад. Вроде, тихо. Осторожно выглянул. Оказалось, что изолятор, словно средневековый замок, стоял на довольно высоком холме. И похож он был на замок, окружённый высокой стеной. Но всё это осталось позади, а впереди - голый пустырь и только метрах в пятистах начинались какие-то здания. "Ещё одна страховка. Наверняка - круговой обзор с камерами слежения" - догадался Максим. " Ладно. Посмотрим ещё на жизнь кротиную. И почему я раньше не додумался?". Он опустился ещё ниже и продолжил подземное путешествие. Полюбовался на могучие корни деревьев. Пересёк канализационную систему. Снующие по ней крысы чужака не испугались. Но рассекать нечистоты даже в таком, полупризрачном состоянии было неприятно и Максим, завидев новые трубы, опустился ещё ниже. Он с удивлением понял, что подземное царство на многие метры вниз захвачено людьми. Трубы, трубы и трубы. Кабели, провода, и снова трубы. Засыпанные когда-то кирпичи и другой строительный мусор. А вон там… Максим остановился возле здоровенной железной болванки. Бомба. Да ещё какая! Но… по-моему, этот город не бомбили. Не долетали сюда фашисты. Что, свои что - ли? Может, тогдашний "стратег" потерял. Какой-нибудь участник бомбёжки Берлина. Нет, отсюда они не летали. Имитационная болванка? Макс напряг своё внутреннее зрение. Какая там "болванка"! Бомба излучала злобную ярость, с нетерпением ожидавшую своего часа. Судя по ржавлению предохранителей, этот час скоро должен был наступить. И Макс начал рассматривать механизм взрывателя. Что там рассказывал отец? Всё это - так. Само по себе - безвредно. Опасен детонатор. Взрыватель. Вот это? Значит… Значит надо… Вот так… Своим полем он осторожно пережёг провода электрического взрывателя, потом растворил пружину механического.

–  Теперь отдыхай, пенсионерка! Но что наверху, интересно?

Как теперь подняться наверх, Максим пока не представлял, но затем вообразил, что поднимает ноги по ступенькам - всё выше и выше. Получилось. Вскоре он пронизал фундаментный слой и оказался в каком- то подвальном помещении. Прошёл сквозь запертую дверь в цокольный этаж. Это было какое- то служебное здание. Типа НИИ. Ну точно - НИИ, со вздохом констатировал он, бродя по пустынным кабинетам. Эх, ему бы в магазин какой. Одеться. Ага, одеться!
– вспомнил он незадачливого Невидимку из Уэльсовского романа. Оделся, а потом от охраны чуть отбился. Нет. Придётся шерстить здесь. Должна же быть хоть какая- нибудь рабочая роба.

Он в конце концов нашёл спецодежду - не то дворника, не то уборщицы. Рваные штаны, старую рубаху и резиновые сапоги. Ну, хоть не голый. В кабинете директора прямо в рабочем столе оказались деньги. Идеалист! Верил всему коллективу! От зама до уборщицы.

"Простите, но мне очень нужны деньги. В ближайшее время верну".
– написал Максим в открытом ежедневнике неизвестного ему шефа. Подумав, дополнил: " В пяти метрах от фундамента здания в земле лежит неразорвавшаяся бомба. Безвредная. Сообщите, куда следует".

Затем юноша, убедившись, что охраны нет, а на сигнализации окна только первых трёх этажей, выбросил замотанную в тюк одежду из окна четвёртого, а сам вышел через стену первого. Можно было, наверное, сигануть вслед за одеждой. Но… чёрт его знает. Хватит пока экспериментов.

" Интересно, а почему в изоляторе тихо? До сих пор не спохватились?" - удивился Максим, одеваясь в нищенскую одежду и удаляясь от греха подальше.

Хватились! Ещё как хватились. Первым - действительно через сорок минут сердобольный вертухай.

–  Разрешите доложить, товарищ майор?
– вошёл он в дежурку.

–  Ну, давай, - оторвался дежурный от какого - то чтива.

–  В " газовке" тишина.

–  Ну?

–  Уже сорок пять минут прошло. Как бы…

–  Гордый! Ничего. Помнишь зечару в законе… как его… Свирида? Тоже не пикнул. Пока с катушек не свалился. Зато потом шёлковый стал. Только намекнуть… Ладно. Минут через пятнадцать открой, посмотри. Доложишь.

Надзиратель открыл камеру через десять минут. Он ожидал увидеть всё, что угодно. Но не это.