–  Подождите. Здесь вопросы всё- же задаю я!
– вмешался майор.

–  Да, конечно. Задавайте, и пусть ответит, где Максим!

–  Подождите же. Я сюда сорвался по указанию начальника управления. И пока не в курсе. По порядку, ну?

–  Ну хорошо. Два месяца назад пропал парень - Белый Максим. Слыхали, наверное?

–  Не помню. Ориентировка, может, и была, но их столько…

–  Да, знаю. Тем более, что никто о вашем крае и не думал. Но позавчера мне пришла СМС с просьбой о переводе денег. Об этих гм… деньгах знал только Максим. Но просьба была на имя Вершаловского.

–  Владимира Ивановича?
– подобрался вдруг майор.

–  Ну да. Знаете такого? Я, конечно, перевёл деньги, а сам рванулся сюда. Видел, как этот ваш Владимир Иванович получил деньги. А дальше - дело техники. Ждали, что выведет на Максима. Нет - вот на этого. И приехали они втроём, с женщиной. С какой-то тьмутаракани. Я и с посёлком этим связался - этот появился там один и откуда - неизвестно. Вот я и спрашиваю, где Максим?

–  Холера, я…

–  Для тебя я Григорий Григорьевич.

–  Ладно. Но я - Макс. Странно? Но я Макс! Пронимаете! Хотите, я расскажу, сколько и чего я передал вам на хранение там, в парке?

–  Молчать!
– аж взвизгнул Холера. Подскочив вплотную, он поднял было кулак, но тут же побледнев, схватился за сердце.

–  Действует заклятье, а?
– улыбнулся Максим.

–  Ладно, подожди!
– выскочил из комнаты следак.

–  Куда это он?
– спросил у майора юноша.

–  Это ещё один сюрприз. Потом поговорим.

Нет. Не он. Конечно, - не он. Синичка всматривалась в изуродованное лицо, вслушивалась в глухой голос. Пыталась выдержать взгляд чёрных глаз. Чёрных. Даже глаза. Нет. Самозванец? Лже- Макс - Первый? Но зачем? Бред. Псих? Но откуда знает? И чего добивается?

–  Мне от вас ничего не нужно - словно на её мысли ответил незнакомец. Я даже и обращаться не думал. Пока из этого всего не вылезу.

Разве только информация об одной девушке. Если сможете помочь…

–  Но послушайте! Я не понимаю, почему я должна вам верить и вам помогать? Если что знаете о судьбе Максима - выкладывайте. Если ему нужна помощь - на изнанку вывернусь. Но Максу, понимаете, М-а-а-ксу, а не вам.

–  То есть вы помогаете не всем, попавшим в беду, а только избранным?

Удар был так силён, что у журналистки перехватило дух.

–  Ну, почему же… Если бы вы рассказали правду… я…, что в моих силах… Но когда вы извините, несёте бред и требуете, чтобы я в него поверила! Вы - Максим? Да вы псих! И пока не расскажете правду…!

–  Ладно, проехали. Извините за отнятое время.

–  Ишь ты, они ещё изволят обижаться. Скажите, может Максим вам и счёт сказал, на который шейх ему деньги положил? А я то думаю, какая прибыль Максом - то прикидываться?

Незнакомец резко вскочил и выпрямился во весь свой рост.

" Тоже мне, Макс", - машинально отметила разницу в росте журналистка.

–  Вы не были такой жестокой. Даже тогда, в ресторане, когда меня подставили.

–  Вы действительно много знаете. Это странно, но, видимо, как- то объяснимо. Прощайте.

Для майора женщина категорически отвергла даже право на существовании версии о том, что это - известный ей Максим Белый.

–  Но знает он о Максе странно много, - добавила она уже в коридоре, когда милиционер выбрался проводить их с Холерой. Поспрашивайте. Серьёзно, как умеете, поспрашивайте. Ради Максима, думаю, стоит.

–  И на это нас провоцирует журналистка, не дававшая спуску по каждому случаю… ладно, - осёкся майор, встретившись с недобро сверкнувшим взглядом Синички.
– Нам задача поставлена и без Вас. Спасибо за помощь.

–  И… послушайте… Для эксклюзива… Если какие от него новости о Максе…, а? Буду очень благодарна. А наш канал долго должником не бывает. Вот визитка. Немедленно звоните. Я бы осталась, но… и так сорвалась практически без спросу.

–  Договорились. В рамках возможного, конечно.

–  И чуть - чуть невозможного, а?

–  Ну, если совсем чуть-чуть, - улыбнулся милиционер.

По дороге в гостиницу (решили пройти пешком) супруги вначале подавленно молчали.

–  Думаю, ребята правду вытянут, - решил Холера.

–  Выбьют, ты хотел сказать? Этот мордастый мент прямо ассоциируется с пыткой.

–  Думаю, нет. Сам руки марать не будет. Для таких дел есть помоложе, пожёстче ребятки.

–  Господи! Что мы обсуждаем? И я, я спокойно к этому отношусь?

–  Но, дорогая, на карту поставлена жизнь молодого парня. Может, здесь каждая секунда дорога! Может?