–  Уже столкнулся? Ну, это, наверняка, Никита. Начальника станции сыночек. Мелкий пакостник и заводила остальных эээ неустойчивых.

–  Раньше я бы его отучил!

–  Оппа! Вспоминается что-то?

–  Да так, смутно, - спохватился Максим.

–  А вот и наша невеста. Очень хотела с тобой познакомится, - представил вошедшую в кухню девушку Петрович.
– Она у нас меломанка, поэтому после твоего концерта места себе не находила, хотела пообщаться. Успокоил только тем, что ты у нас остановился. Вот, Соньчик, знакомься, этот самый маэстро.

Максим встал и протянул руку. И по тому, как исказилось вдруг худенькое, в маму, лицо девушки, понял - вчерашний наряд здорово скрашивал уродство и Соня, наверняка, представляла его не таким страшным.

–  Давай, доча, садись с нами завтракать, - прервала затянувшуюся паузу хозяйка.

–  А-а-а, нет. Я… у меня… я к Вальке, - запинаясь чирикнула девушка и исчезла.

–  Засмущалась, - прокомментировал Петрович.
– Она у нас скромница. Незнакомых людей поначалу дичится.

" Ну да, дичится. И накраситься и намазаться успела. И пуп выставила. "Засмущалась". Побрезговала - более правильное здесь слово" - про себя решил Максим. Да-а, нельзя забывать, что за страшидло я сейчас из себя представляю. Но когда Петрович маханул рюмку спирта, юноша вспомнил о том самом "кровавом поте", настроение его улучшилось и он с аппетитом принялся за яичницу с прожаренным до хруста салом. Вскоре на крутом внедорожнике подкатил спонсор Владимир Иванович. В дом он войти не мог по причине свирепого лая Артура, поэтому к машине рванулась хозяйка.

–  Они там с Леокадьевной спешат. Я думала… всё-таки в центр. Но Иванович говорит, там вас и приоденет и принарядит. Так что… До свидания. Если вернётесь - милости просим. Если нет - не забывайте.

–  Конечно, конечно, спасибо - заторопился Макс.

–  А ты своего зверюгу, давай, опять в клетку запирай. Смотри, за что опять взялся, - показала она уже на выходе из дома лежащих на пороге задушенных кур.

–  Это что же ты, Арт, выздоровел что ли?
– с радостным изумлением нагнулся Петрович к мчавшейся к нему на всех порах собаке.

–  Почему в клетку?
– поинтересовался Максим.

–  Кур давил и своих и соседских. А на цепи держать - нюх потеряет, - объяснил Петрович, гладя действительно по всем признакам здоровую псину.

"Значит, могу? Но, убей меня, не помню, как я это сделал" - радостно подумал Макс, уже прощаясь с хозяевами.

Директорша сидела рядом со своим спонсором и Максим устроился на заднем кожаном сидении.

–  Вот, решила воспользоваться оказией, - начала она почему-то объяснять Максиму цель своей поездки.
– Так редко когда выберешься, а Володя подрядился и туда и обратно. Так что в кои годы в управление прорвусь.

"Ох, не в управление ты собралась", - подумал Максим, глядя на преобразившуюся женщину. Что всё- таки делает нормальная причёха и макияж! И уже не получалось называть её "директоршей", даже мысленно. Подумав, он окрестил её "Лео". Сокращённое от Леокадия и действительно что-то в ней теперь было от этой… леопардицы, да?

–  Короткий инструктаж, - коротко обернулся к Максу Вершаловский - юбиляру пятьдесят. А потому он обожает музыку своей юности. И друзья его в большинстве своём - ровесники. Я надеюсь, ты можешь эту музычку, но как вчера? Вот, слушай, - и он врубил на все четыре колонки записи тридцати - сорокалетней давности.

Максим с удовольствием слушал, разглядывая красочный пейзаж окружающего дорогу леса. Сможет? Он был уверен, что сможет. А ещё укреплялась и уверенность, что вскоре сможет не только " эту музычку".

Около часа ехали молча. Лео явно дремала, а её спонсор думал о чём - то своём. Максиму же лезть с разговорами как-то не пристало. Затем молодая женщина сдалась - попросила остановиться, пройтись, а не то она "совсем уснёт".

–  Ну и поспала бы. Давай на заднее сидение, - предложил Владимир Иванович, останавливая свой лендровер.

–  По поводу внешнего вида - не переживай, сделаем всё возможное. Кстати, - схватился за мобильник спонсор и попросил какого - то Аркадия Аркадьевича быть готовым завтра «поколдовать». Нет, не над ним, над его протеже.

–  Мой визажист. Просто волшебник, - объяснил Вершаловский.

–  Да что Вы, спасибо, - поблагодарил Максим, со вздохом подумав, что не видал его нынешний благодетель настоящих волшебников.

Далее ехали молча - не хотели тревожить сладко посапывающую пассажирку.

Краевой центр не то по причине осени, не то в соответствии с настроением показался Максиму унылым и грязным. По случаю субботы по тротуарам не спеша болтались прохожие. Не снижая скорости, спонсор проехал в центр и затормозил у гостиницы.

–  Устроим тебя здесь. Переночуешь.

–  Без документов?

–  Ай, ты откуда такой? Пошли.

Администратор безропотно и без всякого оформления протянула ключи Вершаловскому, ловко выхватив и спрятав протянутые в ответ деньги.

–  Здесь тебя никто беспокоить не будет. Отдыхай. Вечером заскочу за деньгами, а утром передам. Ужин закажи в номер. Помимаю. Вот, возьми. Не кривись. Не подаю. Из полученных вычту. Часам к десяти заеду.