Уайлдер еще ничего не сказал, но это был всего лишь вопрос времени.

Так что, пока он неизбежно не отвернул меня от себя, что ж… Я буду наслаждаться его согнутыми предплечьями и подергивающейся челюстью.

— Мне нравится твой дом, — сказала я ему, облокачиваясь на столешницу.

— Ты уже это говорила.

— Это то, что стоит повторить.

— Мне он тоже нравится. — Его голос был низким и тихим, как шепот у моей кожи.

— Ты не будешь возражать, если я сделаю несколько снимков не всего дома, а его отдельных частей или углов?

— Нет.

— А если я размещу их в Интернете? Я не укажу адрес, поэтому не будет никакого способа определить твое местоположение.

— Хорошо.

Я снова обернулась и обнаружила, что его внимание полностью сосредоточено на начинке для наших бургеров.

— Здесь как-то гламурно.

Уайлдер поднял взгляд и приподнял бровь.

— Гламурно? Не уверен, что это то слово, которое я бы использовал.

— Почему? Совершенно подходящее слово.

У меня в голове была размытая картинка Монтаны, прежде чем я решила сделать ее своим следующим пунктом назначения. И хотя в каком-то смысле мне было близко все это — пересеченная местность и широкие открытые пространства, — пребывание в этом доме придало этой мысленной картине четкие очертания. Так же, как и поездка через Каламити.

Все в этом городе, в этом доме, казалось практичным. Безопасным. Удобным.

— Это аутентично. — Я сделала еще глоток пива. — Мне нужно больше аутентичности в моей жизни.

— Дэнни сказал, что ты ведешь блог о путешествиях или что-то в этом роде.

— Что-то в этом роде.

Либо Уайлдер не понял, либо мой брат неправильно объяснил. Учитывая, что Дэнни постоянно хмурился, когда речь заходила о моей работе, я предположила последнее.

— Я — инфлюенсер, — сказала я.

Уайлдер моргнул.

— Что такое инфлюенсер?

— Хороший вопрос. — Я рассмеялась и достала телефон. Открыв свой аккаунт в Инстаграме, я показала ему фотографию.

Его взгляд скользнул по экрану, впитывая все это. Затем он кивнул и отвернулся к холодильнику.

— Хочешь бургер с сыром?

— Да, пожалуйста. — Я отложила телефон в сторону.

У меня было более двух миллионов подписчиков в Инстаграме. Почти три в ТикТоке. Но если Уайлдер и был впечатлен, то не подал виду. Мне это даже понравилось.

Это были просто показатели тщеславия. Вначале я была одержима подписчиками. Но по прошествии многих лет этот энтузиазм угас. Я была невероятно горда тем, что создала, но сейчас я искала баланс. Это разрушило бы очарование Уайлдера, если бы он что-то сказал о моем маленьком кусочке славы.

— Так ты что, фотографируешь во время путешествий? — спросил он.

— В основном. Хотя я пишу не только о путешествиях. Еще о моде, о косметических товарах, о книгах, в общем, обо всем, чем я занимаюсь. У меня достаточно подписчиков, чтобы бренды платили мне за публикации о них.

— А-а. — Кивнул Уайлдер, выкладывая на стол ломтик чеддера. — Это и означает инфлюенсер.

Я дотронулась до кончика своего носа.

— Ты начинаешь понимать.

— Мои ученики всегда сидят в своих телефонах и проверяют социальные сети. — Он махнул рукой в сторону моего телефона, как будто его присутствие на кухне раздражало его. Еще один незваный гость в его доме.

— У тебя нет социальных сетей?

Он покачал головой.

— Нет. Я слишком стар.

— Да, ты древний, — поддразнила я.

Его отвращение к социальным сетям не имело ни малейшего отношения к его возрасту. Это был просто… он, не так ли?

Уайлдер был похож на человека, которому не понравилась бы мысль о том, что у него есть поклонники. Он был слишком занят тем, что прятался здесь, в своем раю в Монтане. Возможно, он был прав, а все мы, экранные наркоманы, были теми, у кого все было наоборот.

— Я признаю, что в социальных сетях есть свои сложности, — сказала я ему. — Но благодаря им у меня есть карьера, которая оплачивает счета и дает мне большую свободу.

Уайлдер поднял глаза, изучая мое лицо. Он смотрел на меня так долго, что я начала ерзать на своем месте.

В последнее время очень немногие люди заставляли меня нервничать. Но было что-то в его мрачном взгляде, что заставляло мое сердце учащенно биться. Как будто он мог видеть меня насквозь, до самых костей, и видел ту неуверенность, которую я с таким трудом преодолевала.

Не сейчас ли он посоветует мне найти «настоящую работу»? Или, может быть, он поступит как Дэнни и прочитает лекцию о том, что у меня нет высшего образования. Будет ли Уайлдер еще одним человеком в моей жизни, который предупредит меня, что социальные сети непостоянны и не являются надежным выбором для карьеры в долгосрочной перспективе?