— Что оценки ставит учитель. И что мисс Хейл единственный человек, который может ее изменить.

Я был ее последней надеждой, не так ли? И я был близок к тому, чтобы разрушить ее надежду.

— Судебные иски стоят дорого. Дороже, чем взять кредит на обучение и выплатить проценты.

Она яростно покачала головой.

— Мне нужны отличные оценки. Я заслуживаю большего, чем тройка с плюсом. Она должна это изменить. Мы должны заставить ее это изменить.

— Я не знаю, возможно ли это, — сказал я, стараясь быть как можно мягче.

— Нет, — голос Эмбер дрогнул, а глаза наполнились слезами. Она выглядела так, словно была на грани полномасштабного нервного срыва в моем кабинете.

Перегнувшись через стол, я махнул ей, чтобы она подала мне свою бутылку с водой. Когда она это сделала, я открыл крышку и передал ее обратно.

— Выпей. Сделай вдох.

Она сделала глоток, как было приказано, а затем, проглотив, наполнила легкие.

— Лучше?

Эмбер кивнула.

— Вы беретесь за дела на общественных началах?

— Иногда.

Искра надежды блеснула в ее зеленых глазах.

— Возьметесь за мое?

Я вздохнул.

— А что твои родители думают обо всем этом?

Эмбер опустила взгляд на свои колени и замолчала.

Еще одно молчание было достаточным ответом.

У нее не было поддержки от родителей. Не то чтобы она в ней нуждалась. Ей было восемнадцать. Но они, вероятно, не захотели бы помочь ей покрыть расходы. А если они были против, у меня не было желания становиться между ребенком и ее родителями.

— Послушай, ребенок. Я понял. Ты расстроена из-за этой оценки. Я не пытаюсь преуменьшить твои чувства, но поверь тому, кто долгое время работал в сфере высшего образования. Студенческие кредиты — это еще не конец света. И тебе не нужно быть идеальной.

Несмотря на непролитые слезы, глаза Эмбер сверкали.

— Нужно. Ларк Хейл — чудовище. Ее нужно остановить.

Мне потребовались все силы, чтобы не рассмеяться. В основном потому, что эта девушка была абсолютно серьезна. Я был таким же драматичным, когда был подростком?

— Жаль, но я не могу тебе помочь. — Я грустно улыбнулся ей, почувствовав, как она напряглась. — Твои шансы на победу невелики.

Когда-то давно мой наставник научил меня, что быть честным со своими клиентами — это половина успеха. Руководствоваться их ожиданиями.

— Но это возможно, — сказала Эмбер.

— Я имею в виду… может быть?

Она на мгновение задумалась, затем выпрямилась. Надеюсь, это означало, что она поняла, что это тупик.

Я встал со стула и протянул ей руку.

— Удачи…

— Мне просто нужно нанять себя.

— Эм, что?

— Такое ведь возможно, верно? Люди могут сами выступать в качестве своих адвокатов?

— Да. Но это определенно не лучшая идея.

Она одарила меня равнодушным взглядом.

— Конечно, вы так скажете. Вы юрист. Без клиентов вам не заплатят.

— И за бесплатную работу мне тоже не платят.

— Я этого так не оставлю. — Эмбер вздернула подбородок.

Дерьмо. В ее взгляде была решимость. И явное упрямство.

— Будет и так достаточно неразберихи без того, чтобы старшеклассник пытался разобраться в правовой системе.

— Вы можете хотя бы сказать мне, что делать? Как это работает?

— Нет, я…

— Пожалуйста. — Она подняла руку, прерывая меня. Затем поставила бутылку с водой на стол и потянулась к своему рюкзаку, молния расстегнулась с шумом, затем зашуршала бумага. Выпрямившись, она протянула мне пачку наличных. — Вот сто семь долларов. Не могли бы вы уделить мне всего тридцать минут?

— Убери это. — Я нахмурился, глядя на деньги, а затем издал рычание. — Ладно.

Воздух вырвался из ее легких, когда она выдохнула:

— Спасибо.

— Если ты согласишься на это, на мисс Хейл нужно будет подать жалобу. В ней объяснить, каким образом ответчик, то есть Ларк, причинил истцу, то есть тебе, ущерб. Затем ты говоришь, о чем просишь. Это могут быть деньги.

— Или лучшая оценка.

— Или лучшая оценка. — Я пожал плечами. — Хотя я никогда раньше не слышал, чтобы ученик подавал в суд на учителя, чтобы получить лучшую оценку. Тем не менее, я полагаю, что все возможно.