Когда Эмбер входила в класс, то сразу направлялась к своему столу и почти не общалась с другими детьми. То же самое было и после ее ухода. Но Эмбер была умной. Ее работы всегда были на высшем уровне, хотя она и не справлялась с творческими заданиями.

— Я поддерживаю эту оценку, хотя она и недовольна ею. Я попросила оригинальную сюжетную линию, а она взяла существующую и просто изменила концовку. На прошлой неделе она пришла поговорить со мной об этом и потребовала, чтобы я изменила оценку. Но я этого не сделала. Это была работа на тройку с плюсом.

Самое большее, что я когда-либо слышала от Эмбер, это когда она подошла ко мне после школы, отстаивая свою точку зрения по поводу этого задания. Судя по тому, как она напряглась тогда, мои объяснения и твердое «нет» были не тем, что она хотела услышать.

С тех пор она почти не смотрела на меня, независимо от того, сколько раз я пыталась встретиться с ней взглядом.

— Она передала это и Вики, — сказала я Эмили. Вики была заместителем директора, еще одним сотрудником администрации, наряду с Эмили.

— Вики рассказала мне кое-что интересное, — сказала Эмили. — Ты знаешь, что мы тебя поддерживаем.

— Спасибо. — Эта поддержка не всегда была гарантирована. Как и предупреждение о слухах в школе. — Подожди. Эмбер подает на меня в суд?

— Очевидно. Эмбер сказала моей помощнице, что собирается бороться с этим. Она даже наняла адвоката.

У меня снова отвисла челюсть.

— Это… она вообще может такое сделать?

— Я не знаю. — Эмили покачала головой. — Со мной такого раньше не случалось.

— Но она наняла адвоката? Кого?

— Это то, чего я еще не знаю, — Эмили грустно улыбнулась мне. — Прости. Я пришла сюда, не имея почти ничего, чем можно было бы поделиться. Я почти ничего не знаю, потому что это всего лишь слухи. И, возможно, это ничего не значит.

Или, может быть, это было что-то.

И, возможно, адвокат, которого наняла Эмбер, в конце концов, не был такой уж загадкой.

Мои руки сжались в кулаки.

— Спасибо, что рассказала мне.

— Не за что. — Эмили положила руку мне на плечо, нежно сжала его и оставила меня.

Если адвокатом Эмбер был Ронан, если он согласился разбираться со мной из-за хорошей оценки, я бы сошла с ума. Подумать только, я чувствовала вину за то, что отвергла его. Я почти впустила этого человека в свой дом.

— Вот сукин сын.

Да, я поторопилась с выводами, но я знала трех других юристов в городе. Кроме Джулиана Тоша, который был полным придурком, они были хорошими людьми. А Джулиан был таким высокомерным, что я сомневалась, что ему вообще придет в голову идея работать на подростка.

Были ли в этом замешаны родители Эмбер? Я понятия не имела, кто они такие и где живут. Если они были так обеспокоены, то почему не обратились ко мне?

Потребовалось целых пять минут, чтобы перед глазами прояснилось. Затем я в спешке собрала свои вещи и выключила свет в комнате, а затем направилась на парковку и поехала через весь город в детский сад, вцепившись руками в руль.

Даже улыбка Рен не смогла прогнать мой гнев, хотя он немного угас. Моя дочь дала мне возможность сосредоточиться на чем-то другом до конца вечера, пока я выжидала подходящего момента. Пока я ждала, когда мой сосед вернется домой.

Жалюзи в его комнате оставались открытыми. Я сбилась со счета, сколько раз выглядывала из окон гостиной, высматривая, не проедет ли по улице сверкающий серебристый «Корвет».

Наконец, когда Рен уже давно легла спать, на подъездной дорожке вспыхнули фары его автомобиля.

С радионяней в руке я выбежала на улицу и пересекла лужайку, не надевая пальто, потому что, несмотря на холод, я пылала.

Ронан вылез из машины, захлопнул дверцу и выпрямился во весь рост, расправив плечи. Затем он повернулся, совершенно невозмутимый, увидев, что я несусь к нему через подъездную дорожку.

Я протопала к его гаражу, остановилась перед ним и скрестила руки на груди.

— Эмбер Скотт.

Просто имя. Это все, что я ему сказала.

Но этого было достаточно.

Ни тени смущения не отразилось на его красивом лице. Нет, единственной эмоцией на его лице было чувство вины. Ублюдок.

— Это смешно. — Я вскинула руку. Он был официально внесен в мой список говнюков. — Я выполняю свою работу. Эта оценка справедлива, черт возьми.

Он поднял руки.

— Ларк…