Его длинные, тонкие пальцы с невероятной скоростью водили по поверхности только что возведенного блока стены, и камень под его прикосновениями… плавился, растекался, формируя идеальные, бесшовные соединения и странные, переливающиеся прожилки, похожие на артерии.

— Я не понимаю, как они это делают! — кричала Степановна, тыча пальцем в чертеж. — Я требую соблюдения плана! План говорит — здесь должна быть балка усиления! Где балка?! Где?!

Паркув, казалось, не понимал ни слова, но прекрасно чувствовал накал страстей. Он издал короткую, булькающую трель, и в тот же миг из его спины выдвинулось нечто, напоминающее щупальце из чистой тени.

Оно коснулось участка стены, после чего в этом месте моментально, будто вырастая из самого камня, сформировалась арочная конструкция, идеально вписывающаяся в чертеж и испускающая слабое сияние.

Окторианец, увидев это, вытаращил глаза в немом изумлении, и должен заметить, что Александра Степановна не сильно отставала от него. Увидев это забавное зрелище, я с трудом удержал рвущуюся наружу улыбку.

— Каких однако хороших я вам строителей нашёл, — прокомментировал я, увиденное зрелище, приближаясь к этой троице.

Александра Степановна, услышав мой голос, вздрогнула и резко обернулась, позволяя мне полюбоваться на смесь ярости, изумления и бессилия на её лице.

— Максим! Слава всем богам! Ты видел? Они… они не строят! Они каким-то чёртовым колдовством лепят всё это, и считают что всё нормально! Я требую отчеты, схемы, расчеты прочности! А они мне… мычат! И делают вот это!

— Успокойтесь, Александра Степановна, — сказал я, стараясь звучать максимально расслабленно. — Наши новые друзья сами заинтересованы в том, чтобы сразу сделать нормально, и забыть об этом, так что они более чем компетентны в вопросах строительства… — Я обвел взглядом строительную площадку и мой взгляд невольно прикипел к работе паркувов.

Несколько десятков строителей двигались и совершали различные действия с немыслимой эффективностью. Казалось, они не переносили материалы, а просто влияли на реальность, заставляя ее принимать нужные им формы.

Немного отвлёкшись, я перевел взгляд на Александру Степановну, и с интересом спросил:

— Где тут у них главный? Тот, с кем можно поговорить?

Александра Степановна, все еще фыркая, махнула рукой в сторону группы паркувов, собравшихся вокруг странного кристаллического устройства, проецировавшего в воздух трехмерную карту сектора.

— Вон тот. Высокий, с… э-э-э… с синими вкраплениями на «капюшоне». Называет себя… Зориан. Вроде как прораб.

Я кивнул и направился к указанной группе. Паркувы заметили мое приближение и разом замолчали, внимательно наблюдая за моим приближением. Тот, кого назвали Зориан, сделал шаг вперед, и я сразу заметил, что он и впрямь был чуть выше других, а его полупрозрачная, дымчатая «кожа» мерцала глубинными синими искрами, словно усыпанная сапфировой пылью.

— Владетель, — его голос был мягче, чем у предводителя войска, более шипящим, но столь же четким. Он склонился в почтительном, но не рабском поклоне, и вежливо спросил:

— Чем могу служить?

— Зориан, — кивнул я в ответ. — Хочу оценить прогресс и понять ваши насущные нужды. В чем вы нуждаетесь? Материалы? Энергия? Что-то еще?

Синие искры на «капюшоне» паркува вспыхнули чуть ярче. На несколько мгновений мне даже показалось, что он был удивлён прозвучавшим вопросом.

— Материалы… излишни, Владетель. Мы используем субстрат местности: камень, почва, металлические включения… Всё это пригодно для переформатирования. Энергию мы черпаем из пределов, а в малых объёмах она… неиссякаема. Наши текущие потребности минимальны, и всё что нам требуется — только пространство для развертывания матриц и ваше одобрение на продолжение работ в выбранных секторах.

Я снова почувствовал лёгкое головокружение от того, насколько иначе они мыслят. Ни тебе логистических кошмаров, ни проблем с поставками… Знай себе, переформатируй…

— Одобрение у вас есть. Делайте. — Я помолчал, подбирая слова, но в конце концов плюнул, и спросил в лоб:

— Зориан, ваш народ… ушел во временной парадокс. Я мало что понимаю в этой технологии… Ты сможешь мне объяснить хотя бы основные принципы того, как это работает? На что это похоже?

Зориан, услышав новый вопрос, замер. Синие искры погасли, а его форма словно сжалась, став более плотной.

— Владетель, я… всего лишь строитель. Инженер материальных форм. Парадоксы… это удел хранителей пределов, мастеров временных нитей. Мои познания в этой сфере примитивны. — Он сделал паузу, будто перебирая в своём разуме скудные запасы информации, после чего продолжил:

— Я знаю лишь, что перед входом в парадокс, мастер бросает в зону формирования своего рода якорь, привязанный к тросу, после чего сразу вытягивает его обратно, и смотрит. Считает искажения на якоре, тем самым замеряя ход времени внутри. Если все стабильно — можно входить, а если якорь рассыпался или искажений слишком много… значит, парадокс нестабилен и опасен.