Шрифт:
Его объяснение было обрывочным, наполненным терминами, которые ничего толкового мне не говорили. На самом деле всё это звучало как безумная поэзия, а не как инженерное описание, и я понял, что без специалистов в эту сферу лучше не лезть.
— Понятно, — сказал я, скрывая разочарование. — Спасибо, Зориан. Продолжай работу.
В этот момент в моем сознании вспыхнуло знакомое системное окно — сообщение от Акселя.
'Макс, группы для зачистки столицы паркувов сформированы и готовы к выдвижению. Окторианцы рвутся в бой, наши тоже не отстают. Но есть нюанс: мы не знаем, что там ценно, а что — мусор.
Нужен проводник. Кто-то из этих… твоих новых друзей. Кто понимает в их технологиях и архитектуре. Иначе мы можем легко пройти мимо какой-нибудь их версии ядерного реактора или сейфа с сокровищами, и даже не понять — что это было.'
Мысль была очень здравая. Я уже открыл рот, чтобы окликнуть Зориана и попросить выделить кого-то знающего, как вдруг…
Мир в моём восприятии вздрогнул.
Прямо перед моим мысленным взором, затмевая всё, вспыхнуло очень необычное сообщение. Оно было настолько ярким, что у меня сложилось ощущение, будто его выжгли на моей сетчатке ослепительно ярким светом.
СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ АДМИНИСТРАТИВНОГО УРОВНЯ
ИСТОЧНИК: КООРДИНАТЫ ВЕЛИКОЙ СИСТЕМЫ. КАНЦЕЛЯРИЯ НАЗНАЧЕНИЙ.
КАНДИДАТУ НА ДОЛЖНОСТЬ АДМИНИСТРАТОРА: ВИНД. ИДЕНТИФИКАТОР: [СКРЫТО].
В МИРЕ ПОД ЭГИДОЙ ВЕЛИКОЙ СИСТЕМЫ (СЕКТОР: [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ], КОД ДОСТУПА: ОМЕГА-7) ЗАФИКСИРОВАН КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ ГАРМОНИИ.
УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: КАТАСТРОФИЧЕСКИЙ. ПРОГНОЗИРУЕМЫЕ ПОТЕРИ: ПОЛНАЯ ДЕГРАДАЦИЯ БИОСФЕРЫ, ВОЗМОЖНЫЙ КОЛЛАПС ПРОСТРАНСТВЕННО-ВРЕМЕННОГО КОНТИНУУМА.
ОДОБРЕНО ВМЕШАТЕЛЬСТВО ВЫСШЕГО ПРИОРИТЕТА.
ВАМ ПРЕДПИСЫВАЕТСЯ В МАКСИМАЛЬНО СЖАТЫЕ СРОКИ НАПРАВИТЬСЯ В УКАЗАННУЮ ЛОКАЦИЮ ДЛЯ ЛИКВИДАЦИИ СБОЯ И ВОССТАНОВЛЕНИЯ БАЛАНСА.
ВСЕ ДЕЙСТВИЯ БУДУТ ЗАПИСАНЫ И ПРОАНАЛИЗИРОВАНЫ В РАМКАХ ИСПЫТАТЕЛЬНОГО СРОКА.
ОЖИДАЕТСЯ НЕМЕДЛЕННОЕ ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ГОТОВНОСТИ К ВЫПОЛНЕНИЮ.
НЕВЫПОЛНЕНИЕ КВАЛИФИЦИРУЕТСЯ КАК ОТКАЗ ОТ ПРОХОЖДЕНИЯ ИСПЫТАНИЯ.
Сообщение висело, приковывая к себе внимание, а я чувствовал, как кровь отливает от моего лица. Критический сбой гармонии… Коллапс пространственно-временного континуума… Это был не набег монстров и не осада. Это было нечто на порядки… на многие порядки страшнее.
Я посмотрел на Зориана, на испуганное лицо Александры Степановны, на недостроенную стену, на город, который только-только начал зализывать раны. На сообщение от Акселя, которое все еще мигало в углу сознания…
Я не мог отказаться. Это был вызов от системы. Проверка на прочность выскочки, который возомнил себя кем-то, равным администратору. Да, я сейчас был необходим здесь, но моим людям пора привыкать к самостоятельности. Задачи на первое время у всех нарезаны, а я уж сделаю всё возможное, чтобы вернуться обратно в кратчайшие сроки…
«Ромул,» — мысленно бросил я, и мой внутренний голос прозвучал на удивление спокойно. «Передай Акселю и Диме: у меня срочное дело высшего приоритета. Город на них. Координацию со строительством паркувов продолжает Александра Степановна, а я… ненадолго отлучусь.»
«Принято, Владетель,» — мгновенно ответил хранитель, и в его голосе впервые за все время я уловил легкую, едва ощутимую нотку… тревоги?
Я сделал глубокий вдох, глядя в золотые строки приказа, после чего ответил на него согласием.
В то же мгновение мир вокруг меня поплыл, закрутился в спираль ослепительного света, и последнее, что я увидел, — это широко раскрытые глаза Александры Степановны, прежде чем реальность Эсмаруила распалась для меня на атомы.
Глава 23
Новый мир, новые проблемы
Сразу после этого моё сознание безжалостно вывернуло наизнанку. Это не было похоже на плавное смещение пространства, к которому я уже начал привыкать во время совершения своих переходов. Это было самое натуральное насилие. Абсолютное и безразличное.
Меня не переносили, а как будто стирали с одной плоскости бытия, выдавливая совершенно в другое место. Слава всем богам, что это ощущение было очень кратковременным, но в то же время для меня оно было бесконечно долгим.
Осознал я себя в весьма странном месте. Если бы меня кто-то попросил описать его — я бы вряд ли справился с этой задачей так, чтобы передать всё, что я испытывал.
Во-первых — пол. Он был идеально ровным, матово-серым, ни холодным, ни теплым. Он не отражал свет, но и не поглощал его. Создавалось впечатление, что я стою на бесконечной, уходящей во все стороны плоскости не пойми чего.