У стены коридора, прижавшись к ней широкой спиной, стоял Демьян Леонидович Лапоть. И поглядывал он, будучи зажатым в угол, то на своих подчинённых, старавшихся держать дистанцию, то на маленькую черноволосую женщину с явной примесью азиатских кровей.

А женщина, наплевав на распространяемую Демьяном теньку, заставлявшую всех вокруг ёжиться и чувствовать себя неуютно, тыкала высоченному главе Тёмного Приказа пальчиком в солнечное плетение. А заодно высказывала всё, что накипело и что она думает об «исполнительных идиотах».

Рядом оставаться рисковал только один человек. И судя по тому, что князь слышал от своего советника Изюмова, этого человека держала на месте сила посильнее Тьмы.

Константин Петрович Староземский очень пытался удержать Малую Марию Михайловну от рукоприкладства в отношении должностного лица. Потому что даже слепому было бы очевидно: новый проректор Ишимского отделения училища им. Василенко пребывает в ярости. На что указывал нездоровый румянец на щеках и щёлки вместо и без того узко-раскосых глаз.

— Ну хороша же чертовка! — тихо прошептал Дашков, качнув головой. — Ей бы боевые навыки, так вообще цены бы не было!..

Вертков, услышавший слова повелителя, только усмехнулся. Сам он был с ними полностью согласен. Если уж кому-то и удавалось привязать к себе на долгие годы одного из Староземских, то лишь такой — необычной, решительной и совершенно отчаянной. Местами даже до безумия.

— Что, Демьян, думал, девочка маленькая и возражать не станет? — громко известил о своём появлении Дашков, приближаясь к спорящим. — А она, видишь, маленькая, да удаленькая… А ты, собака старая, снова сменил начальника внешней охраны… И не предупредил его… Опять!.. Вот зачем, а?

— Ты что здесь делаешь? — подобрался Лапоть.

— Тебя навестить пришёл, — с усмешкой ответил Дашков. — Ну и предупредить хотел… Предостеречь!

— А меня, ваше сиятельство, предостерегать не надо! Я тут — голова, государем поставленный! — огрызнулся Лапоть.

— Вот-вот… Всегда помни, кто тебя поставил, Демьян! — одобрил Дашков. — Ну-ка, Мария Михайловна, дайте-ка нам с ним по душам поговорить…

— Он должен вернуть моего учащегося, — нахмурилась Малая, но потом вспомнила правила приличия и вежливо добавила: — Ваше сиятельство…

— Вернёт, куда он денется? — кивнул Дашков, переведя тяжёлый взгляд на Демьяна.

— Никого я не верну! — отрезал тот. — У него, по всем признакам, вмешательство в кризис!

— И? Где? — Дашков развёл руки и принялся оглядываться. — Где же этот подлец, который вмешался? А? Покажите мне его!

— Найдём! — стоял на своём Лапоть.

— Ну так вокруг одни лишь твои люди, Демьян! — усмехнулся сиятельный князь. — Своих будешь допрашивать? Тогда пытки обязательно примени! С пытками, сам знаешь, лучше песни поются…

— Без твоих советов разберёмся, ваше сиятельство!.. — проворчал Демьян и кивнул на открытую дверь какого-то кабинета. — Пойдём уже… Или передумал говорить? А если передумал, то уходи.

— Да уж уйдёшь тут… — Дашков покачал головой и первым вошёл в кабинет.

Это оказалась комната с врачебным оборудованием. Впрочем, сами врачи внутри тоже имелись: они удивлённо глядели на Дашкова, не зная, что делать. Но когда следом вошёл Демьян и кивнул им на дверь — немедленно исчезли.

— Ну и чего хотел? — мрачно осведомился голова Тёмного Приказа.

— Я сегодня в необычной роли… Можешь считать, гонцом на старости лет подрабатываю, — Дашков залез во внутренний карман пиджака и достал сложенный пополам плотный лист бумаги. — На! Это тебе!

— Мне? От кого? — удивился Демьян.

— От тех, кто государю служит не на словах, а на деле! — одним уголком рта улыбнулся Дашков.

Шпильку в свой адрес голова Тёмного Приказа пропустил мимо ушей. И, не став пререкаться, быстро развернул переданный ему лист.

Правда, чем больше он читал, тем выше поднимались его брови. Послание было странным, немного угрожающим — и совершенно невразумительным…

От наблюдателя по городу Ишиму,

Ишимское княжество

Лаптю Демьяну Леонидовичу

Слово и дело, сударь Лапоть!

Сим документом предлагаю вам отпустить Седова Фёдора Андреевича после прохождения кризиса, опосля обычной для подобных случаев проверки и опроса, не задерживая и препонов не чиня. И наче приедет наше руководство и само решит судьбу Седова, а заодно и вашу.