— Это монстры-бомбы, — сухо проинформировала Мирам. — Такие же, какими ментаты атаковали Жемчужину, чтобы отравить ее. Только теперь они гасят нашу оборону. Хотя подожди! Они наполнили этих монстров еще большим количеством Бесформенности. Даже странно, как они ее столько запихнули и почему монстры не взрываются.

— Видимо, все дело в прямом контроле. Слишком много Бесформенности тоже плохо для переносчиков.

— Прежде всего это плохо для нас!

— А мне это напоминает тактику камикадзе, — хмыкнул Алекс, — которую мы применяли в Ваантане.

— Ничуть не похоже. Там камикадзе были добровольцами и их потом спасали. А тебя скорее забрасывают трупами. Отравленными трупами, заметь!

Так или иначе, тактика ментатов оказалась на удивление эффективной: едва Конфликт добирался до врат монстров, те выпускали Бесформенность, и он начинал затухать, несмотря на постоянную подпитку энергией воплощения. Каждого монстра сейчас можно было сравнить со стаканом воды, вылитой в большой костер. А предполагалось, что враги станут дровами, подпитывающими пламя.

Между прочим, таких «стаканов» у врага имелось много, и ментатов совершенно не волновали потери. Более того, Алекс подозревал, что таким образом противник намеревается вскрыть и обычную защиту в виде Водопада пространства, ведь все защитные техники имели энергетический предел.

— Эти ребята не устают меня удивлять, — признался он.

— Лучше скажи, что будем делать?

— Надо менять тактику. Раз на нас натравили камикадзе, значит, мы должны держать дистанцию. Скажи Ренгену, чтобы поднажал.

— Он и так постоянно жалуется на расход энергии в главном ядре и угрожает, что вот-вот она закончится.

— Значит, пусть быстрее найдет мне ментатов.

— Времени прошло мало, — напомнила Мирам.

— Я помню, Ренген хвастал, что сделает это мгновенно.

— Там возникли… затруднения.

— Эти затруднения могут закончиться поражением…

Однако повлиять на союзников Алекс не мог. Но хотя бы с маневрированием они справлялись, и едва сообщение дошло до них, база резко дернулась в сторону, а пространство вокруг начало расширяться.

Ближайшие монстры-бомбы вдруг стали казаться маленькими точками.

— Неплохо, — оценил он.

Союзники свою часть работы выполнили, правда, ценой больших затрат. Алекс понял, что и он должен что-то сделать, и влил энергию в Алхимика. Навык и до этого работал, но скорее защищал отряд от ментальных ударов, подпитывал Конфликт энергией воплощения и немного затруднял ментатам контроль над Бесформенностью.

Однако сейчас Алекс использовал Алхимика на монстрах-бомбах.

Это была относительно новая тактика. В данном случае целью было не уничтожение врагов и не очистка их от Бесформенности — это потребует слишком много ресурсов! — а разрушение контроля ментатов над «камикадзе», ведь Алхимик лучше всех справлялся с ментальными атаками.

И навык вне категории не подвел — монстры вдруг замирали, словно пытались понять, где находятся. При этом они ничего больше не делали и даже не пытались атаковать ближайших адептов. Видимо, накопленная внутри Бесформенность отрицательно влияла на их мозги.

К счастью, вместе с блокировкой ментального контроля, Алекс также разрушил контроль ментатов над самой Бесформенностью внутри монстров и из надежных переносчиков отравы они превратились в неуправляемые бомбы.

Некоторых созданий начинало корежить, другие кружились на месте, но заканчивалось все одинаково — через несколько мгновений создание тихо замирало. Более того — выходящая из нее Бесформенность ускоряла распад других «камикадзе».

— Что с ними? — быстро спросил Алекс. — Они живы?

— Нет. Даже врат не осталось. Змеи сдохли от собственного яда! — с удовлетворением доложила Мирам.

— Обычно тебя печалит пропажа добычи.

— Только не в этом случае… Ты нашел тактику против ментатов!

— Скорее, ментаты перемудрили, когда залили столько Бесформенности.

— Так они гасят Конфликт. Поэтому нужно столько отравы…

Так или иначе, эффект действительно был удачным, поскольку Алхимик, в отличие от защитных или атакующих техник, не требовал избытка энергии. Он просто менял качество пространства и разрушал контроль ментатов. Вот и все. Дальше монстры умирали сами по себе. Алекс в одиночку мог «разминировать» огромное число врагов. Ментаты это поняли и отвели монстров-бомб…

Некоторое время противник заливал Черного Хирурга выстрелами, но тот продолжал уворачиваться. Да и выстрелов было поменьше. Можно было сказать, что установилось равновесие, в котором ни одна из сторон не могла нанести сильный ущерб другой стороне. Однако у врага было больше возможностей просто потому, что его армия была больше…

Тогда ментаты снова пошли в атаку, но уже используя обычных монстров. Алекс опять включил Алхимика и запустил Конфликт. Но в этот раз эффект оказался гораздо слабее. Да, ментаты периодически теряли контроль над своими рабами, но простые монстры все равно пытались добраться до адептов. А когда натыкались на Конфликт — из толпы вылетал «камикадзе» и тушил катаклизм.