Её союзник - муганский эмир Ашкар Сункур - тоже удачно провел свою часть компании, выйдя к правому берегу Аракса и взяв Тебриз, и вышел с севера к берегам озера Чечашт. (Урмия), с другой стороны которого стояли византийские войска.

С севера стояли войска дербентского эмира Аюб ал-Идрис, с которым у Тамар были тайные договорённости.

Таким образом, можно было сказать, что Ширван практически пал, что стало для царицы и её ближников крайне неожиданным фактором: она готовилась к длительной борьбе, а тут неожиданно быстрая победа, но расслабляться было рано.

Брат погибшего ширваншаха Шаханшах ибн Минучихр смог собрать остатки разгромленных войск, под его рукой находилось до восьми тысяч сабель, и куда двинется это войско, не знал никто.

Каждый из трёх союзников надеялся, что оно будет нацелено не на него, так как тогда победа дастся дорогой ценой, особенно для Тамар, которой еще предстояло приводить к покорности все Имерети.

Кроме того, византийские военачальники не упустили возможности погреть руки у чужого огня и практически без боя взяли себе множество областей армянских, которыми владели персы и мусульмане, взяв под контроль практически всю Большую Армению, кроме княжества Закаридов, которое ограничивалось Лорийской областью.

Тамар очень расстроилась, что львиная доля родины её предков ушла под правление Византии, она считала это крайне несправедливым, но вслух высказала эту мысль только своей тёте, на что та высмеяла её, заявив, что справедливость и политика — это абсолютно не пересекающиеся понятия.

После этого, проплакав от душившей ее злости и изведя пару рабов, царица удвоила усилия своих советников, пытаясь понять, как действовать дальше.

Каждый вечер в её покоях собирались лучшие умы царства, чтобы совместно разработать план дальнейших действий.

Ситуация накалялась, и каждая сторона осознавала, что на кону стоит не только власть, но и жизнь. Каждое решение могло стать судьбоносным, и осторожность в действиях приобретала критическое значение. Хоть Ширван как государство пал, но его осколки могли смертельно ранить любого из его соседей.

Сечень 1188 года

Суздаль

Ерофей Тимофеев

Велики заботы у тысяцкого... Собирать уроки и налоги, крепости содержать, ведать обучением новиков и снабжением отрядов на всей территории Суздальского княжества, следить за границами, по велению князя набрать и обучить городскую, пограничную и речную стражу, содержать подставы и голубиную почту, строить струги, закладывать новые крепостницы, на границах княжества и способствовать росту посадов и новых деревень в его пределах – то дела главные, а малых и не исчислить!

Хорошо, воевода Ольстин Олексич взял на себя все заботы по новому городу и вообще всей, новой южной границе княжества. Нужно, конечно, искать подходящего человека, чтобы поставить его во главе пограничной стражи. Ерофей полагал, что таким человеком может стать полусотеный Захар, он показался ему дельным человеком, но надо посоветоваться с Ольстином Олексичем: Захара - его подчинённый, и он его лучше знает, понятно, что человек верный и вой опытный, но тут еще нужны и организаторские способности, и специфичные навыки.

К тому же станет вопрос, кого ставить на место Захара, которого сам князь поставил на должность.

Ну, а если не выгорит, стоит попросить Захара обучить с сотню-другую

воинов своим ухваткам, всё разно лучше его людей с охраной границ никто не справится, и если у них другие задачи и цели, то хоть с обучением пусть помогут, потому что, если делать по старинке, как предки делали, пользы особой не будет.

А дел и без пограничной стражи хватало: только на границе с владимирским княжеством у села Рождественское закончили с малой крепостницей, как теперь нужно на севере чуть ниже места слияния Волги с Ужой ставить крепость и городок округ неё.

Видогост уже и имя ему придумал - Юрьевец, по заимке Юровка, что располагалась неподалёку. Тут любому ясно, что это дело нужное, это и пригляд за добычей пушнины, а то любят новгородские ушники залезть на чужую делянку, и расширение торговли, и безопасность северных рубежей княжества, где на сотню верст можно ни единой человеческой души не встретить, и ещё много плюсов у этого строительства, да только всё это на его шею ярмом ложится. Это же не только крепость возвести, вокруг крепости нужно будет основать поселение, чтобы люди могли сами себя прокормить, а лучше, чтобы что-то и на торговлю осталось.

Для этого потребуется привлечь ремесленников и крестьян, готовых обосноваться в этом медвежьем углу, и нужен отряд, что будет охранять крепость. Понятно, что бортники и охотники за пушниной станут первыми жителями нового городка, заодно, в случае чего, смогут неплохо помочь страже, особенно последние, но хотелось, чтобы люди там жили постоянно, а не наездами, а для этого нужен толковый посадник, а где их толковых-то взять. Иногда, кажется, проще битву провести, чем заниматься всем этим. Хорошо, хоть боярин Видогост взял на себя часть дел, военного искусства не касаемых: ведать дела посадские и купеческие, суд править, ведать ямами, мыто сбирать вовремя, да и распределять вновь прибывших по деревням, сёлам и городкам.