– Я не ребенок, и это не сплетни. У меня там были люди.
– На вид ей было не больше двадцати, но глаза, смотревшие на меня, были старше, чем я помнил. Она выглядела изможденной, словно слишком много времени провела в темном баре и недостаточно на солнце.

Я не стал спрашивать, что она имела в виду, говоря о людях. Судя по этому бару, где было полно существ не того сорта, я мог догадаться.

– Еще говорят, что у тебя есть пара, - сказала она.

– Мэгги, - начала я, но прежде чем мы смогли продолжить этот неловкий разговор, нас перебил мускулистый вампир.

– Похоже, к нам в гости пожаловал его величество.
– Он хрустнул костяшками пальцев и кивнул головой в сторону стола, за которым сидели его не менее крепкие спутники.
– Должны ли мы преклонить перед тобой колени?

Лисандр выругался, но я лишь секунду смотрел на него, прежде чем смахнуть невидимую пылинку с пиджака. Это было именно то, что я искал - то, что мне было нужно, чтобы утолить эту ярость крови, которую я ощущал каждый час бодрствования. Драка. Моего нового друга нужно было просто подтолкнуть.

– В этом нет необходимости. Достаточно простого поклона.

Мэгги застонала, когда вампир выпучил глаза от моего беззаботного тона.

– Нам обязательно это делать?

Он ответил ей замахом. Я увернулся, и его кулак с громким свистом рассек воздух. Я ухмыльнулся ей.

– Стала мягче ко мне, малышка?

Как обученная фрейлина, она могла справиться сама. Теперь, когда она стала вампиром, ни у кого не было шансов против нее.

– Ты не просто так это сказал.

Я подмигнул ей и бросился на вампира, как раз, когда к нам присоединились его друзья.

Очевидно, я ошибся. Это был не один столик с буйными друзьями. Это были два столика, и, судя по всему, несколько завсегдатаев, выпивших абсента, тоже желали поучаствовать в этом действе.

– Это должно снять напряжение, - сказал Лисандр. Он пригнулся, едва избежав летящего кулака. Затем поймал руку вампира и заломил ее за спину.
– Как в старые добрые времена, да, Мэгги?

– К сожалению, - крикнула она. Она отпрыгнула от вампира, который, спотыкаясь, приближался к ней. Обхватив его за талию, она швырнула его в тяжелую металлическую дверь. Он рухнул на пол. Не успела она перевести дух, как на нас набросился еще один.
– Вы двое затеваете драки ради забавы?

– Да, - пробурчал я, когда женщина запрыгнула мне на спину. Ее руки обвились вокруг моей шеи, и я увидел красную полосу, вытатуированную на ее запястье.

Мордикум.

Мне нужно было сохранить ей жизнь, а это, учитывая, что она душила меня, было гораздо сложнее, чем просто убить ее. Я бросился к ближайшей стене, в последнюю секунду крутанулся и впечатался в нее спиной. Раздался треск ломающихся ребер. Ее руки ослабли, но она не отпустила меня, даже когда закричала.

– Я… могу… делать… это… весь… день, - выдавил я сквозь стиснутые зубы.

Ее ногти вонзились в мою шею, рассекая кожу и лишая всякого милосердия, которое я мог бы проявить к ней. Я еще раз врезался в стену, и она обмякла.

Она упала на пол. Я не стал проверять, мертва она или без сознания. Когда дело касалось вампиров, одно было равносильно другому.

Обернувшись, я увидел, что Лисандр, улыбаясь от уха до уха, размахивает горлышком разбитой бутылки из-под виски перед двумя мужчинами. Он поднял другую руку и указательным пальцем поманил их ближе.

– Я и забыла, какие братья Руссо чертовски самоуверенные, - крикнула Мэгги, наклоняясь, чтобы сплюнуть кровь на пол.

– Это заслуженно, - напомнил я ей, помогая Лисандру расправиться с ними.

– Это даже нечестно. Вы двое против них?
– крикнула она мне.

Вампир покрупнее зарычал в ответ на это оскорбление. Он качнулся в мою сторону, размахивая кулаками. Я заметил еще одну татуировку, выглядывающую из-под закатанного рукава его рубашки. Еще один Мордикум. Мы сорвали джекпот.

– Вам здесь не рады, - прорычал он.

Напротив него Лисандр оторвал голову своего противника от туловища. Тот сделал один неверный шаг и рухнул на пол окровавленной кучей.

– Здесь?
– Я фыркнул.
– Я приходил сюда еще до того, как твои легкие впервые втянули воздух.

Он бросился вперед, прямо в мои ожидающие руки. Мой кулак вонзился в его грудь, как нож в мягкое масло. Я поймал одного члена. Мне не нужен был еще один для допроса. Не тогда, когда я мог использовать остальных для передачи сообщения.