— Ему бы красный крест на груди, и получалась бы выездная скорая помощь на лапках.

— Смешно. Особо не отвлекайся, лучше запиши, чтобы потом отцу показать.

— Уже записываю.

Заметив движения моих товарищей, я быстро произнёс:

— Никому не двигаться. Она здесь, чтобы помочь с Этьеном.

Раздались звуки убираемых мечей в ножны.

— Отойди, мы сделаем всё сами, — прозвучал уверенный и немного властный голос.

Я поднялся и жестом попросил старейшин последовать моему примеру. Что мне особенно импонировало в моей семье, так это их способность не задавать лишних вопросов. Когда требовалось отойти — они отходили. Когда говорил, что всё в порядке — верили без колебаний. Да, впоследствии вопросы, безусловно, появятся, но в критический момент мои люди действовали так, как требовалось, что значительно упрощало нашу задачу.

То, что произошло далее, повергло всех в глубокое изумление. Маленький «доктор» с необычайной аккуратностью приступил к иссечению кожного покрова. В это время от королевы к сознанию пациента протянулся ментальный ручеёк. Я заметил, как Этьен закрыл глаза — она действительно погрузила его и паразита в состояние, подобное сну, как я и предполагал.

Когда кожный покров был удалён с точностью, достойной военного принтера в нашем замке, формик аккуратно выпустил субстанцию из своих жвал. Не прошло и пяти секунд, как он с хирургической точностью удалил размягчившиеся кости, представив нашему взору симбионта. Существо не имело ни рук, ни ног, ни каких-либо признаков разумной жизни. Оно напоминало застывший кисель, разлитый в полости черепа.

Именно следующее действо повергло в шок не только меня, но и Ольку. Наш необычный хирург другой парой жвал пронзил паразита и начал вводить в него жидкость из своего брюшка. Это стало очевидно, когда я активировал сканер для наблюдения.

Накачав существо до размеров кулака, формик отступил. Поначалу казалось, что ничего не происходит, но затем искусственная выпуклость начала сокращаться, разъедая белёсую субстанцию, облепившую мозг.

Пока разворачивалась эта удивительная процедура, я засыпал королеву вопросами, но был вежливо, но твёрдо послан. «Не мешай», — прозвучало в ответ. Пришлось смирить своё любопытство и наблюдать за происходящим.

Согласно таймеру записи, прошло около семнадцати минут, прежде чем от паразита не осталось и следа. Вся зараза была полностью растворена. Ещё через пять минут королева разорвала ментальную связь с пациентом.

— Всё. Твой друг будет жить, — произнесла она.

— Благодарю тебя, я перед тобой в неоплатном долгу, — ответил я.

— Нет за тобой долга. Ты спас мой дом и семью, хотя не был обязан этого делать. Мы в расчёте, — последовал ответ.

— Хорошо, — поспешно согласился я, чувствуя, как любопытство уже готово было просверлить дырку в моём мозгу.

— У тебя множество вопросов, но мне пришлось изрядно потратить сил. Если не возражаешь, отложим разговор до утра.

— Договорились, — с явной неохотой произнёс я и, поднявшись, подозвал Леонарда.

— Закройте рану и примените «Вита». Операция завершена, — попросил я.

Старейшина приступил к работе, а я проводил королеву муравьёв до входа в их жилище. По пути я заметил барса, терпеливо ожидающего у входа. Похоже, у него имелся ко мне разговор. Внутреннее чутье подсказывало — меня ожидает нечто весьма интересное.

Глава 17

Обо всём понемногу.

На рассвете мы все собрались у погребального костра. Фоули медленно подошёл и поднёс факел. Пламя поначалу неохотно занялось, но постепенно стало входить во вкус. С каждой секундой становясь всё жаднее и жаднее.

Первым высказался его старший брат, пожелав тому хорошенько попировать в Вальхалле и всё не выпивать, а дождаться их с братом.

Эйнар долго ругался на него, потому как это он должен был быть на его месте. Так как он первым заметил врага, но Стюр опередил его, так как в тот момент не был связан боем.

Затем слово взял Леонард, а уж после и все остальные высказались.

Выпивки у нас не было, но братья покойного обещали, если удача им не улыбнётся, и они вернутся домой, то закатят такой пир, что все, кто пирует в Азгарде, от зависти помрут во второй раз.

Барс всё это время сидел молча с нами на поляне, терпеливо дожидаясь, когда я сам подойду. Мы так и не поговорили, но моё приглашение он принял.

Рано утром, когда костёр догорел, а прах был собран, мы принялись за допрос. В нём участвовали я и Леонард, остальные все сидели недалеко, занимаясь снаряжением. Многочасовая схватка не прошла бесследно как для оружия, так и для брони.

Гард постепенно приходил в себя. В данный момент он сидел у котелка и ел густую похлёбку. С мясом у нас теперь точно проблем нет.

Этьен пока не приходил в сознание. Я было забеспокоился, но сканер показал, что с ним всё в порядке.

— Ну что, магистр Готье де Шалье, поговорим? — устало произнёс я, присаживаясь напротив пленника. В принципе я не ждал что он заговорит. Да и вымотался, хотелось спать, а не вот это всё.

— Нам не о чем разговаривать. Вы всего лишь пыль под ногами ордена, — вздел он подбородок.