Барс Эргар, Гроза Горных Пиков. Не питающий любви к шумным компаниям и всему, что могло бы нарушить его чуткий сон. Обожающий уединение, охоту и все, что подтверждало его статус, как самого свирепого и опасного охотника Алькады.

Эргар подошел к молодому охотнику и шершавым языком, по размеру больше напоминающим хвост бобра, провел по затылку, взъерошивая шерсть… волосы, да, волосы своего подопечного.

А еще Эргар любил Ардана. Может не так, как прочие лесные родители любили своих детенышей, пока те не отрастят клыки и когти и не станут самостоятельными охотниками, но, все же, любил.

Барс выпрямился и, прикрыв глаза, направил морду в сторону, откуда дули бегущие от бури ветра — глашатаи ненастья, спешившие оповестить всю Алькаду о скором приближении дыхания Духа Ночи.

— Хороший вечер, — с предвкушением и наслаждением промурлыкал барс.

— Наверное, — промычал Ардан и тут же почувствовал, как по спине не сильно, но ощутимо прошелся один из пушистых, длинных хвостов наставника. — Ай!

Сверкнули глаза барса.

— Не забывай, детеныш, когда говоришь — говори четко и ясно, а если не можешь или не хочешь, то лучше молчи, — произнес он строго.

Ард отвернулся обратно к Лестницам. Его взгляд легко пробегал через все темные шипы скал, скользил по блестящим ледяным склонам и мчался по верхушкам деревьев, больше похожих на снежные бугры, нежели хвойные громады, коими они обернуться уже совсем скоро.

Так его научил смотреть Кайшас.

Рядом, с глухим вздохом, опустилась пушистая громада. Как и всегда, Эргар подпер лохматым, теплым боком и аккуратно обвил хвостом, прижимая к себе посильнее.

Арди выдохнул и чуть расслабился, чувствуя, как по телу разливается тепло.

— О чем задумался, ученик? — спросил Эргар, разглядывая лесные разливы.

Учитель тоже умел смотреть взглядом Кайшаса. Но, порой, молодому охотнику казалось, что барс смотрел даже дальше. Возможно туда, куда не могли добраться ни лапы, ни ноги.

— О завтрашнем пути Духа Дня.

— И что ты думаешь о нем?

Молодой охотник вздохнул и опустил руку… лапу на снег. С хрустом, оставляя на коже капельки холодной влаги, на ровном покрове остался отпечаток его пальцев. Длинных и тонких. Совсем не таких, как у Эргара или Шали. Не говоря уже про Гуту.

— Я ведь стану завтра полноправным охотником.

— Станешь, — подтвердил Эргар, забавно дергая ушами, явно к чему-то прислушиваясь.

— А ты… ты перестанешь быть моим учителем.

— Перестану, — снова согласился барс.

— И…

— И мы останемся друзьями, Ард, — прервал его барс. — Ты и я.

— Ты и я… — молодой охотник повторил старые слова, которые прозвучали между первыми охотниками, решившими не делить тропы кровью и клыками.

« Ты и я» означало, что пусть между ними и много различий, пусть они могут ходить разными тропами, пусть они могут спорить за воду и добычу, но они все еще живут на одной земле и их жизни не более, чем видения снов Спящих Духов.

— Я смогу приходить к тебе за советом или просто… провести время вместе?

— Конечно, ученик, — Эргар прижал его чуть сильнее. — Этот утес такой же мой дом, как и твой. Ты и, все кто ходит с твоей кровью, всегда будут здесь хозяевами. Но ведь не этот вопрос ты хотел мне задать, Ард?

— Не этот.

— Тогда спрашивай, — чуть грубее, настойчивее и с нажимом поторопил барс.

Эргар не любил, когда кто-то вел разговор издалека. И, наверное, потому, почти никогда не общался со Скасти и избегал Атта’нха. Хотя, пожалуй, Эргар избегал вообще всех, предпочитая любому обществу свою пещеру и покой уединения.

— А что будет, если мы оба захотим поймать одну и ту же добычу?

— Тогда мы сразимся и добычу заберет тот, кто окажется сильнее, — без тени сомнений ответил Эргар. — Таков сон Спящих Духов.

Ардан отвернулся в другую сторону. Он…

— Ты не любишь сражаться, ученик, — Эргар положил голову ему на спину, почти целиком накрывая молодого охотника. — Твой дух мягкий и спокойный, как вода в озере. Он ищет умиротворения, а не битв. И сердце стучит чисто и ясно. Оно лишь следует за разумом, который жаждет тайн и секретов. Оно не зовет тебя следом за собой, в горнило брани. Ты не был рожден ходить среди горных охотников. Ты не был рожден воином.

— Я знаю, — только и ответил Арди.

Он давно это узнал. Благодаря играм со Скасти, которого, в отличии от Эргара, порой понимал даже без слов. И благодаря беседам с Атта’нха, в словах которой понимал куда больше, чем в уроках Эргара.

— Ты знаешь это о себе и знание делает тебя сильнее. Но не все, ученик, кто рожден охотником, становится самым свирепым и могучим из них. Ты охотник, просто иного толка. И твоя охота неведома мне. Так же, как моя никогда не будет понятна тебе.

Ардан перевернулся на спину и сдвинул с себя тяжелую голову Эргара. Тот, пусть и в шутку, сопротивлялся. И какое-то время они валялись в снегу, толкая друг друга и аккуратно покусывая, пока барс не позволил молодому охотнику забраться на его спину.