Флот же висел в пустоте и продолжал ждать, когда контр-адмирал сумеет добиться от переговорщиков Семи Миров хоть какой-нибудь определённости.

Свидетелем подобной занимательной сцены старпом Коё стал буквально на днях, когда его бипедальный дрон по случаю оказался на одной из палуб обслуживания. Эпизодические дежурства «Тимберли Хаунтед» по поддержанию энергобаланса «Тсурифы-6» команда ПЛК обыкновенно использовала для того, чтобы хоть как-то подлатать старушку до приличного состояния. Заменой доку Порто-Ново банальная ошвартовка оставалась неважнецкой, однако она позволяла временно перебалансировать внешние энергоэкраны, подставляя авторемонтным модулям то один, то второй борт крафта, а те уж по мере возможности восстанавливали пластины изношенного армопласта и демонтировали те немногие внешние агрегаты, которым удавалось добыть замену.

Потому последние смены перед началом плановой миграции традиционно были переполнены суетой, беготонёй и разговорами на повышенных тонах с саппортом станции и экипажами других крафтов, но бывало, приходилось пересекаться и с сирами переговорщиками, благо те и без того постоянно путались у всех под ногами.

Так что когда из-за угла до тебя начинают доноситься распалённые голоса, ты уже заранее ничему не удивляешься.

Да, посреди палубы меж снующих автопогрузчиков с разномастными контейнерами (один из них, инвентарный номер такой-то, как раз затерялся, его старпом Коё и направлялся искать), был ясно различим рассерженный голос контр-адмирала Финнеана. Хотя, если подумать, то его дрон, при прочих равных, как раз ничем не выделялся на фоне окружающей обстановки, но вот тот, с кем он спорил, выделялся ещё как.

Чёрная мантия из янгуанского шёлка и напудренный парик поверх вспотевшей лысины — пингвин как он есть. С тем же успехом уважаемый сир мог бы припереться сюда в балетной пачке или же в парадном облачении Мамы Римской — менее удачно сливаться с окружающей грубой действительностью ему бы при всём желании не удалось. И чего это его занесло на противоположный конец станционного рукава?

При ближайшем рассмотрении старпом Коё даже узнал заглянувшего на огонёк переговорщика. Это был сам глава делегации Порто-Ново гранд-инженер сир Роб ван Дийк, его было легко узнать по горбатому носу и стрекозиным очкам.

Диалог, между тем, окончательно перешёл все грани разумного. Ван Дийк кричал что-то про «угнанный саб» и «вы за это ответите, контр-адмирал». Далее его голос окончательно срывался на визг и становилось вовсе не понятно, чего он от Финнеана хочет. Сам контр-адмирал стоял перед ним, как скала, и только время от времени отрывисто командовал «прекратить!» и «негатив!»

Старпом Коё, помня директивы майора Акэнобо, в перебранку вмешиваться не стал и вообще сделал вид, что ничего значимого не происходит, проследовав мимо своим курсом, тем более что ситуация вмешательства не требовала вовсе. Проорутся и начнут всё сначала, можно подумать это у них впервые.

Но сама мизансцена была последнее время настолько привычной, что старпом Коё, пожалуй, не слишком удивился бы даже банальной потасовке с битьём морд, хотя, конечно, начистить рыло бипедальному дрону, да ещё и неминуемо выхватив от него в ответ, это была бы не лучшая сатисфакция для сира гранд-инженера.

Впрочем, плевать, пусть сами разбираются во всём этом навязшем на зубах переговорном тупике. Дело старпома Коё состояло в том, чтобы качественно заменить на мостике запропавшего майора Акэнобо, остальное же — к чертями космачьим, пусть у них голова болит.

Или нет. Коё не без удивления пронаблюдал в углу поля зрения пульсирующий маркер личного вызова. Это ещё что такое. С ним только что попытался связаться ровно давешний сир.

Машинальным движением колец сбросив вызов и переставив входящий канал на «не беспокоить», старпом поспешил вернуться к миграции, благо оверкиль благополучно завершался и можно было начинать фазировать маршевые.

В навигационном канале тут же стартовал речитатив перебранки навигаторов и диспетчерской вышки. При такой невысокой энерговооружённости каждый случайный импульс в кормовом конусе мог наделать бед, так что старпом Коё на следующие полтора часа с головой погрузился в подробности выхода на рейд, перепроверяя каждую директиву и удерживая бортовых кволов от вмешательства в процесс. Сегодня их ку-тронные нейросети пускай поучатся, как это делает живой спец. И лишь когда тактическая активность снизилась до привычного минимума, передавая мастера рубке «Альвхейма», Коё вновь обратил внимание на требовательный вызов.

Надо же, не унимается.

«Ну, что вам? Говорите быстрее!»

На том конце запутанного фотонного тракта на долгих несколько секунд застыли, не зная, как реагировать на столь напористое начало.

«Эм, простите, капитан Коё?»

«Со, сир Ван Дийк, здесь капитан Коё, чего вы хотели?»

«Простите, капитан, должно быть, вы сейчас заняты».

Ну надо же какие мы глазастые.

«Переходите к делу или я отключаюсь».

Пусть знает, кто здесь главный.

«Хорошо, перехожу. Я бы не стал вас беспокоить, но квол вашего непосредственного командира майора Акэнобо…»

«Апро, майор недоступен для связи, можете обращаться ко мне как к его старшему помощнику».

«Эм, хорошо, не могли бы вы уточнить, капитан, когда майор сможет со мной переговорить?»

«Негатив, сир, эта информация мне не известна».

«Но он хотя бы на станции?»

«Не уполномочен отвечать на подобные вопросы».

Ван Дийк помолчал, жуя тонкими губами.

«Но что-то же вы мне можете рассказать?»

«Задавайте вопросы, сир, только поскорее».

Гранд-инженер тяжко вздохнул.