В тот раз всё завершилось победой хотя бы потому, что был понятен противник и были очевидны средства для достижения победы.

Бей или беги, так говорили наши предки.

А теперь?

Кого бить?

Куда бежать?

Саму природу пространства-времени?

Кто свой, а кто чужой в этой истории?

Слишком всё запутано.

Неведомо зачем взорванные «глубинники» с одной стороны подсветили разведсабам «Махавира» и «Джайн Ава» космачий фокус, позволив им совершить ту самую триангуляцию, ради которой всё и затевалось.

С другой стороны, они же и заперли теперь людей доктора Ламарка за границей файервола, не позволив группировке Лидийского крыла пробиться к себе на помощь.

С одной стороны Воин сначала разделил CXXIII флот, оставив основные силы адмирала Таугвальдера в тылу для минимизации угрозы и сохранения максимальной проницаемости ранее не скомпрометированных каналов отхода, но потом, когда стало понятно, что группировка контр-адмирала Финнеана не станет отступать даже под угрозой неминуемой гибели, начал прожиг с последующим штурмом закрывающегося файервола — как будто не с целью спасения гибнущего Лидийского крыла, но исключительно ради того, чтобы десант майора Томлина остался там, где он навсегда застрянет в медлительном пространстве субсвета в недостижимых декапарсеках от ближайшего бакена Цепи.

Во всей этой каше с каждым новым шагом попыток расследования возникало всё больше вопросов, причём каждый из оставшихся в живых (да ещё и в пределах досягаемости) участников событий трёхлетней давности в ответ на любые, пусть даже самые простые вопросы отчего-то мгновенно начинал темнить, юлить и изворачиваться, задачу контр-адмирала отнюдь не упрощая.

Три субъективных года прошло, а расследование его по-прежнему топталось на месте.

Да и то сказать, пресловутая многосторонняя комиссия, собравшаяся для проведения переговоров, только и делала, что возила по столу вязкие бюрократические слюни: какой де параграф был нарушен и был ли он нарушен в здравом уме и твёрдой памяти.

Контр-адмиралу уже давно стало не интересно.

Пускай делают, что хотят.

Он понимал одно — его принятие на себя вины в том самом мятеже ничего бы не прекратило и лишь сыграло бы на руку одной из сторон конфликта, но давать просто так фору этим самым сторонам, которых контр-адмирал даже не знал в лицо, ему отчего-то не хотелось.

Человечество качалось на шатких качелях космического политикума, а он даже не мог уложить у себя в голове, какой из возможных исходов к чему в итоге приведёт.

Будет ли завтра человек окончательно заперт внутри Барьера или напротив, бездумно покинув границы Цепи, окажется лицом к лицу с новой, быть может ещё сто крат большей опасностью?

Никто, включая двух полупрозрачных гостий, на эти вопросы отвечать не спешил.

Быть может, они и сами не знали ответов, быть может, знали, но предпочитали помалкивать. В любом случае, сами собой все эти тайны не раскроются.

А значит…

Контр-адмирал сообразил, что в раздумьях добрался до собственной каюты.

Что ж.

«Штаб-капитан Сададзи, майор Акэнобо, собирайте команды, будем продолжать симуляцию».

«Апро, контр-адмирал».

«Слушаюсь, сорр».

В голосах его командиров звучало одобрение.

Нужно придумать, как взломать космачий субсвет. И тогда посмотрим, кто тут кого.

Глава I. Запутанность (часть 8)

Дежурство у саркофага неизменно повергало Даффи в вящее уныние.

Посидишь час-другой над гробиком — поневоле начинаешь измышлять себе всякое о бренности бытия и прочих малоприятных субстанциях, равно же как и скучать по старым добрым временам, когда они с парнями гудели по Галактике на стареньком списанном сто лет как флотском тральщике «Ларри Эхо Хоук», разбираясь в местных неурядицах дальних миров во славу журидикатуры Тетиса, потребляя внутрь всё, что горит, да набивая все и всяческие морды, оного набивания невозбранно испрошающие.

Привольная жизнь бродячей гоп-команды по устранению бардака и претворению законности на местах быстро приучает тебя пристально смотреть по сторонам, стрелять на звук и постоянно опасаться за собственную печень, а вот к усидчивости и прилежанию вкус отбивает напрочь, так что тех, кто подвизался в роли планетарного маршала, обыкновенно на Тетисе не жаловали и взад-назад не особо-то звали. Разве что для благоустройства плановой головомойки, разноса с высоких трибун и понижения в текущем звании. Кого бы ещё то беспокоило.

Даффи, впрочем, обращаться в штабные писари ничуть не планировал, настолько ему всё нравилось, равно как и парням, что прибились с годами в его команду. Но вот понесла их тогда нелёгкая послушаться приказа сира проконсула Франсиско Хавьера д’Аттенты, оторвавшего их от увлекательных разборок между недобитками из «Янгуан Цзитуань» и «Джи-И» и нарочившего срочняк возвернуться на Тетис для дальнейших указаний. Не то чтобы команда «Ларри Эхо Хоук» была так уж склонна к ослушанию, никак нет, сорр, да только Фронтир — пространство утлое, со своими тёмными углами и закидонами, на его просторах почитай кто угодно могёт затеряться. А там уж приказ-шмиказ, квантовый мир — дело запутанное, ну не шмогла прочитаться тайная депеша, кто ж его поймёт почему.