— Здесь, — указал Торрик, измерив глубину палкой. — Давайте переправляться. Только смотрите под ноги, течение хоть и не сильное, но коварное.

Галвина первая вошла в воду, крепко сжимая рукояти своих мечей, а за ней двинулись остальные, оступаясь на скользких камнях. На другом берегу они немного отдышались и выбрали место для лагеря под покровом деревьев, защищающих от возможного дождя.

Глезыр, не теряя времени, заточил одну из палок и отправился к реке ловить рыбу. Его крики и ругательства, когда очередная рыба срывалась с острия, раздавались вдоль берега, создавая иллюзию обычной мирной жизни.

Тем временем Лаврентий попросил у Самсона журнал, и прищурившись стал разбирать обрывки текста у мерцающего света костра. Его брови то и дело сдвигались к переносице в глубоком раздумье, когда он пытался разглядеть хоть что-то в полустертых строчках.

— Тут говорится об экспедиции короны Кастеллануса, — наконец произнес он, оглядывая остальных. — Кажется, среди участников были люди по имени Фернандо и Густав, но кто они и что за роли играли, неясно. Есть упоминания о золоте… или поиске золота. А вот дальше — все размыто, нет никаких упоминаний, что именно с ними произошло.

Самсон хмуро поглядел на страницы, которые медленно превращались в труху под пальцами клирика:

— Возможно, так даже лучше. Если бы они действительно нашли что-то ценное здесь, это могло бы создать проблемы. Последнее, чего нам сейчас нужно, — это вражда с кастелланцами. Тем более — здесь, где каждый человек и каждый ресурс на вес золота.

Галвина, сидя на корточках у костра, нахмурилась и спросила:

— А почему обязательно враждовать? Может, наоборот, можно было бы договориться, если бы они появились?

Самсон оторвался от созерцания потемневших страниц и обернулся к ней:

— Договариваться? Возможно. Но у них свои интересы, у нас — свои. И поверь мне, им бы не понравилось, что мы здесь, и особенно то, что мы идем под флагом гильдий Гревиона. Кастелланцы привыкли считать себя хозяевами морей, и, если бы мы нашли что-то ценное, они бы точно захотели это отобрать.

Элиара, слушая их спор, погладила осколок зуба Тихого Ужаса, который висел у нее на шее, и сказала, словно бы самой себе:

— Может, и к лучшему, что они не смогли добраться до своих сокровищ. Бывает, что золото — это не благословение, а проклятье.

Лаврентий посмотрел на нее и тихо добавил:

— Может быть, это место защитило себя само, не допустив их дальше. Или же что-то другое позаботилось о том, чтобы они не вернулись.

Костер потрескивал в ночи, освещая их лица, погруженные в тени и мерцание огня. Спать легли рано, но сон был беспокойным. Каждый из них ворочался на жесткой земле, ощущая, будто тени давно ушедших здесь людей тянулись к ним, перешептываясь сквозь ночной ветер. Где-то вдалеке слышался ритмичный плеск воды, будто кто-то незримый пробирался через реку в темноте.

Галвина сжимала рукояти своих мечей под плащом, прислушиваясь к каждому шороху, а Глезыр, обнявший карту, которая теперь стала его талисманом, лежал на спине, глядя на звезды, которые здесь, в южных землях, светили чуть иначе.

Утро окутало землю молочным туманом, сквозь который едва просвечивали силуэты деревьев и холмов. Воздух был влажным и прохладным, дыхание окутывалось паром, а шаги утопали в мокрой траве. Друзья на скорую руку позавтракали остатками вчерашнего улова, не теряя времени на долгие сборы. Самсон пристально всматривался в туман, держа в руке подзорную трубу, но белая пелена скрывала все вокруг.

— Держите оружие наготове и не разбредайтесь, — повторил он, прокладывая путь через лес.

Внезапно Галвина остановилась и наклонилась к земле:

— Смотрите, следы. Похожие на человеческие, но большие… И пальцы какие-то длинные.

Следы вели вглубь туманной чащи. Лаврентий тихо произнес молитву, надеясь, что она защитит путников от незримой угрозы. Туман вокруг казался не просто природным явлением — он становился густым и тяжелым, словно прятал в себе что-то зловещее. И тут словно из ниоткуда послышался звук шагов — тяжелых, размеренных. Друзья развернулись и прижались к земле, всматриваясь в белую дымку.

Из тумана вышли шесть высоких гуманоидов, их тела блестели влажной кожей с текстурой напоминавшей акулью шкуру. Лица — или морды? — у них были плоские и вытянутые, как у акулы-молота, с огромными глазами по бокам и зубастыми пастями, которые не размыкались. На спинах существ торчали плавники, а в руках сверкали трезубцы из темного металла с инкрустацией в виде морских символов.

— Акулоиды? — прошептала Элиара, удивленно разглядывая их. — Но таких… таких я никогда не видела. С головами акулы-молота? Это что-то новое.