— Я всего лишь верю в ваши уникальные способности и в возможности искусственного интеллекта, — дежурно ответил Андрей и запустил генерацию.

Изображение получилось пугающе похожим. Рут долго молчала, разглядывая экран.

— Та была худее, — наконец произнесла, — давайте дальше.

С каждым разом программа выдавала все более приближенное к оригиналу изображение. Наконец Рут остановила Андрея, уставившись в экран.

— Поразительно, — прошептала она, — а я вам не верила.

С экрана на них смотрела Арина Покровская. Только не нынешняя, а девятнадцатилетняя девчонка, перед которой в свое время так провинился Андрей.

Проебался. Они вместе с боссом проебались.

«Любовь все покрывает».

Андрей сделал скрин экрана, запаковал файлы и отправил боссу вместе с фото, сделанным в ризнице Палатинской капеллы несколько часов назад.

Арина

— Была б я мстительной стервой, уже сто раз над вами позлорадствовала, — говорю, глядя на Аверина.

Да, я уже знаю, что никакой он не Хорхе, а Константин. Один из лучших траблшуттеров в мире.

Хотя, как на меня, самый дорогой далеко не всегда самый лучший. И недовольный взгляд, которым он меня одаривает, лучшее тому подтверждение.

Впрочем, он на всех так смотрит.

— Послушали бы меня, и такого не было, — не собираюсь никого щадить.

— Я сам виноват, — буркает Аверин, — надо было не доставать его из тюрьмы. Сидел бы там по сей день, зато всем было бы спокойнее.

Феликс молчит, но он тоже в шоке из-за Демида, который вступил в открытое противостояние с Моретти.

— Просто ебаный пиздец, — выдает через время Аверин, барабаня пальцами по столу. Вскакивает и начинает ходить по кабинету.

— Арина, вам стоит перебраться ко мне, — наконец нарушает молчание Феликс, — внутренняя междоусобица это реально пиздец. Никогда не знаешь, кто чью сторону примет.

Мне не очень хочется жить с Катей у Феликса, но, наверное, придется. Маму я бы вообще отпустила домой, в резиденции Ди Стефано достаточно нянек.

Она конечно рвется помогать, но у отчима в последнее время начались проблемы со здоровьем, и ей лучше побыть с ним.

Из-за Демида, которому, по выражению того же Аверина, вожжа попала под хвост, мы вынуждены были вернуться на Сицилию, потому что оставаться на Бали становилось опасно.

— А все потому что этому пиздюку захотелось потыкать палкой в змеиный клубок, — не успокаивается Аверин.

— Интересно, чего вы ждали, когда стравливали их с Моретти? — не могу удержаться, чтобы не съязвить.

— Кто ж знал, что он выйдет на тропу войны? — кривится Аверин — Соколиное перо, блядь....

Я не знаю, что у них произошло с Моретти, но Демид его фактически закопал, представив доказательства сотрудничества Сальваторе с полицией.

— Ты права, Ари, мы знали, с кем связывались, — наконец заговаривает Феликс. — Только видишь, в чем проблема, участие Демида нам не требовалось. Он должен был купить остров, изобразив из себя бизнесмена, которого интересует только доход. И всё. И отойти в сторону. Их бы накрыли всех, у нас готов план. Но Ольшанский стравил моих капо между собой. Начинается грызня. Одни требуют смерти Моретти, другие уверены, что Демид его подставил. И я должен принять чью-то сторону.

Мы не знаем, где скрывается Моретти, он исчез как раз перед тем, как Демид обнародовал доказательства. Лишнее подтверждение тому, что все за всеми следят....

— Ладно, я уехал, — поднимается Аверин, — будут новости, звони.

— А ты не знаешь, с чего Демид так озверел? — спрашиваю приятеля. — Я его не спрашивала, сомневаюсь, что он скажет правду.

— Сальваторе попытался ему угрожать, — нехотя отвечает Феликс, — и у твоего Ольшанского сорвало кукуху.

— Вы с Авериным так это преподносите, будто Демид не в себе, — решаю за него заступиться. — А он всего лишь действует привычными вам методами.

— Потому что мне теперь приходится выбирать между ним и моими капо. Понимаешь? Демид чужак, он не из наших. Я не должен позволять чужакам лезть в наши дела. Теперь я обязан посчитаться с Ольшанским, а потом найти и наказать Моретти.

— Ну прости. Я не знала, — пожимаю плечами. На самом деле я ни капли не раскаиваюсь. — Ты не знаешь, где он?

— В самолете. Летит из Индонезии, уже скоро должен быть здесь. Я общался с его начбезом. Ари, — Феликс встает из-за стола и становится передо мной, — я считаю, ты должна ему все рассказать. Забирайте дочку, залягте на дно. Меня Демид не слушает, он реально как с цепи сорвался. Но ради тебя, ради ребенка он согласится оставить в покое Моретти. Я не собирался становится настоящим доном, а благодаря Демиду теперь приходится его не только изображать. Ас головой окунаться во все это дерьмо.