– Она отправилась туда не одна.

– Если ей нужен был этот компьютер, она могла послать меня за ним.

– Ты бы не справился с замком, - замечает Лео.
– Она больше не девушка твоего брата, Данте. Она - компетентный, способный член нашей команды. Ты так зациклился на том, что случилось в прошлом, что портишь настоящее.

В словах Лео есть доля истины, но он не полностью прав. Когда я смотрю на Валентину, я вижу не сломленную девушку на больничной койке. Я вижу ее. Она умна и красива, и когда она входит в комнату, воздух потрескивает от ее присутствия.

И если с ней что-то случится, это уничтожит меня.

– Ты сказал, что Валентина ко мне неравнодушна. Почему ты так думаешь?

Лео громко смеется, ублюдок.

– Больше я ничего тебе не скажу. Если хочешь узнать почему, советую тебе поговорить с Валентиной.

Обычно, когда мне нужно навести справки о ком-то, я спрашиваю Валентину. Но в этот раз я не могу обратиться к ней - по понятным причинам, - поэтому я стискиваю зубы и звоню Бруно Тревизани.

Тревизани - мерзавец и подонок, и я ненавижу иметь с ним дело. Но он полицейский, поэтому у него есть доступ к множеству баз данных.

Он отвечает на звонок после первого гудка.

– Колонна. Давненько не слышал тебя. Как дела?

– Отлично, - коротко отвечаю я. Я звоню не для того, чтобы вести светскую беседу.
– Мне нужна подробная проверка кое-кого. Нила Смита. У меня нет его фискального кода, но он друг Франко Роберти, который работает в «Studio Tardino Comi».

– Это будет нелегко, - говорит полицейский. Это его стандартный ответ, начало торга.

– Две тысячи евро. Мне нужно к субботе.

Две тысячи за проверку биографии - щедрая сумма, обычно ее достаточно, чтобы Тревизани пошел на сотрудничество. Но не сегодня.

– Я не могу этого сделать, - говорит он с искренним сожалением.
– Думаю, начальник полиции следит за мной. Это займет у меня две недели, минимум.

Черт побери.

– Сделай, что сможешь, - говорю я.
– Позвони мне, как только что-то выяснишь.

Хотя наша штаб-квартира находится в Венеции, наша территория простирается за пределы острова. Мы контролируем большую часть Северной Италии, включая Падую, Верону и Брешию. С тех пор как русские были замечены в Бергамо, я посещаю эти города, напоминая местным лидерам, что они должны хранить нам верность.

Сегодня у меня встреча в Брешии с Массимо Ринальди. Синьору Ринальди восемьдесят три года, и он управляет своим городом железным кулаком. Он встречает меня в остерии, расположенной за углом от его дома.

– Данте, - говорит он, целуя меня в обе щеки.
– Что привело Посредника в мой город? Садись, садись. Луиджи, вина. Принеси Бароло, хорошую бутылку.
– Он поворачивается ко мне.
– В моем возрасте вино не стоит беречь. Его нужно пить.

– Ты нас всех переживешь.

Появляется Луиджи с бутылкой Бароло и наливает вино в два бокала. Я жду, пока Массимо сделает глоток, а затем начинаю разговор на нужную тему.

– К Дону обратились русские. Они хотят вести бизнес в Венеции.

– Какого рода бизнес?

– Контрабанда оружия. Они хотели доставлять его из Хорватии в Венецию, а затем по суше отправлять во Францию. Дон отказал им.

– Конечно, - отвечает Массимо.
– У этого мальчика есть недостатки, но он не идиот.

Мальчик. Мне приходится прилагать усилия, чтобы сохранить нейтральное выражение лица. Хотелось бы, чтобы Антонио был здесь. Я бы заплатил серьезные деньги, чтобы увидеть его реакцию.

– Я здесь для того, чтобы предупредить, что если русские обратятся к тебе напрямую, ты должен отказать им. Они предложат много денег.
– Я делаю глоток вина и выдерживаю его взгляд.
– Будет очень жаль, если ты согласишься.

Массимо не дурак, он слышит угрозу в моем голосе. Но с него это сходит, как с гуся вода.

– Я не соглашусь, - говорит он.
– Мне не нужно больше денег, Колонна. Мне восемьдесят три. Мне нравится моя жизнь. Моя единственная внучка летом выходит замуж. Я хочу дожить до рождения ее детей. Можешь не беспокоиться обо мне.

Луиджи ставит перед нами тарелку с кростини[6]. Массимо рассматривает тарелку и выбирает одну, увенчанную мортаделлой[7].

– В Вероне, Парме и Пьяченце у вас не будет проблем. Вам нужно следить за Бергамо.

Откуда Массимо знает, что русские обращались к Сальваторе? Это не является достоянием общественности, информация тщательно скрывается.

– Сальваторе Верратти?

– Нет, нет. Ну, может быть, мальчик и стал бы иметь дело с русскими, но я говорю об отце, Федерико. Федерико убил бы собственную мать, если бы думал, что сможет заработать на этом несколько евро.
– Он качает головой.
– Этот человек - мясник. Роман с той девушкой…