– Слышали. – Стэф расслабленно кивнул, а Арес, наоборот, напрягся. Было во взгляде старика что-то такое… тревожно-пугающее, почти не оставляющее надежды.

– Уверен, вы знаете о несчастных случаях, которые с печальной регулярностью происходят на болоте. Вот, к примеру, недавнее происшествие. Два афериста, которым третий аферист сдал внаём чужое имущество… – Антон Палыч брезгливо поморщился. И Арес понял, что старик прекрасно информирован обо всём происходящем в его владениях. – Пропали без вести. Не вышли на связь ни с родными, ни с, так сказать, коллегами. – Он снова поморщился, а Аресу вдруг стало неловко, потому что в каком-то смысле он и сам был коллегой этих пропавших бедолаг.

Стэф слушал молча. Не перебивал и не поддакивал, даже не кивал. Просто слушал и всё. Взгляд его был задумчивый, а кончики пальцев то и дело касались гладко выбритого по случаю званого ужина подбородка.

– Ходят слухи, – осторожно заговорил Арес, переводя взгляд со Стэфа на Антона Палыча, – о каких-то особых болотных испарениях, способных сводить людей с ума.

– Слухи? – Старик приподнял брови, пыхнул сигарой.

– Местный фермер стращал нас намедни.

Мысли о Михалыче тут же напомнили Аресу об Аграфене. В груди закололо. Утром на болоте Стэф дал ему надежду. Но сейчас, на исходе дня, надежда эта медленно и неуклонно таяла, становясь всё более призрачной.

– И вы верите в болотные испарения? – спросил Антон Палыч. – Сами вы ощущали нечто подобное? Я имею в виду, на себе ощущали?

Прежде чем ответить, Арес бросил быстрый взгляд на Стэфа. Тот сидел с каменным лицом. Ещё по дороге в усадьбу они обсудили, что можно рассказать Марионеточнику, а что нет. О марёвках, угарниках, реликтовой рыбине и болотном домике было решено не рассказывать. А обо всём остальном – околофольклорном, разбавленном сплетнями и слухами – запросто.

– Нет. – Арес мотнул головой. – Мы ничего такого на себе не ощущали.

– И что же, по-вашему, случилось с теми несчастными? – спросил Антон Палыч.

– Скорее всего, они погибли в трясине. Или забрели на торфяники. Местные торфяники – это очень опасно. Возможно, даже опаснее трясины.

– Чем опаснее? – Антон Палыч подался вперёд.

– Так огненными ловушками, – максимально простодушно ответил Арес. – Торф горит не на поверхности, а в глубине, а когда выгорает, может ещё месяцами просто тлеть. Снаружи всё спокойно, а внутри – ад. Понимаете?

– Про ад? – Антон Палыч посмотрел на него так пристально, что по хребту Ареса поползли мурашки. – Про ад я знаю очень хорошо. – Он растянул губы в улыбке, а на дне его глаз что-то блеснуло. Адские отсветы, не иначе.

Арес едва удержался, чтобы не отшатнуться. Вместо этого он тоже улыбнулся и сказал:

– Нам на торфяники без надобности. Мы хотели на болото.

– Не вышло? – участливо поинтересовался Антон Палыч.

– Нет. Сами далеко соваться побоялись, а проводника так и не нашли.

В груди снова кольнуло. Арес сжал рукоять столового ножа, проследил за взглядом Антона Палыча и разжал пальцы. Нож громко звякнул о тарелку. В наступившей тишине звук показался оглушительным.

– Неужто не нашлось желающих? – Старик посмотрел на Стэфа, и Арес, наконец, смог вдохнуть полной грудью.

– Не нашлось. – Стэф покачал головой.

– И это при ваших-то финансовых возможностях и умении убеждать, Степан?

– Не в этот раз, Антон Палыч. Болото овеяно туманами и легендами. Возможно, какая-то часть местных страхов даже имеет под собой почву.

– Имеет. – Старик кивнул.

– Как бы то ни было, а местные отказались нам помогать.

– И это значит?.. – Антон Палыч пыхнул сигарой.

– И это значит, что мы продолжим наши изыскания самостоятельно.

– Нет. – Антон Палыч покачал головой. – Это значит, что вы уедете отсюда в течение суток. – Голос его звучал по-прежнему мягко и дружелюбно, но сказанное всё равно прозвучало как приказ.

– Позвольте нам самим это решать, – так же мягко и дружелюбно ответил Стэф.

Арес вдруг пожалел, что они явились на ужин безоружными. Нужно было прихватить с собой хотя бы святой воды. А то вдруг в полночь этот славный старичок возьмёт да и перекинется в вурдалака. Будет им веселье…

– Из вашего дома мы можем съехать прямо сегодня. – Стэф замолчал, а потом добавил с какой-то пугающей многозначительностью: – Если это и в самом деле ваш дом.

– К чему же такие радикальные меры! – Антон Палыч развёл руками. – Давайте не будем омрачать спорами этот чудесный ужин. Вы можете переночевать в доме у Змеиной заводи, а можете остаться до утра в усадьбе. Я распоряжусь, вам приготовят комнаты. А уедете уже по свету.

– Вы хотели сказать «съедете». – Стэф выглядел пугающе расслабленным, и Арес никак не мог понять, что было тому причиной: элитный вискарь или вера в собственные силы.

– Я хотел сказать именно то, что сказал. – Антон Палыч подался вперёд. Движение это было пугающе неожиданным и порывистым.

Арес невольно откинулся на спинку стула, подумал с такой же пугающей безнадёжностью, что валить нужно прямо сейчас, пока не произошла окончательная трансформация милейшего профессора в беспощадного графа Дракулу. – Вы уедете завтра же. Так будет безопаснее и спокойнее.