– Вот и верь после этого, что пенсионеры у нас бедно живут, – прошептал Арес.

– Доброго денёчка, Степан! – Антон Палыч вполне приветливо помахал ему рукой. Люди в чёрном двинулись к нему, но он остановил их нетерпеливым движением и сам направился к Стэфу и Аресу. – Вот уж кого не чаял здесь увидеть, так это вас, дорогой вы мой!

– Ну почему же, Антон Палыч? – Стэф вежливо улыбнулся. – Я же рассказывал вам про своё увлечение рыбалкой!

– Я смотрю, не только рыбалкой! – Антон Палыч усмехнулся, многозначительно взглянул на карабин, а потом протянул Стэфу руку. – Не ожидал, что это окажетесь именно вы, но честно признаю, очень рад. Так даже интереснее!

– Я тоже рад!

Стэф ответил на крепкое рукопожатие старика и мысленно обругал себя за то, что не пробил человека, который пусть и весьма условно, но всё же конкурировал с ним за право купить флягу. Старик тем временем протянул руку Аресу, улыбнулся ему одновременно хищно и по-отечески тепло.

– С вами, молодой человек, мы, кажется, тоже уже встречались. На недавнем аукционе, если мне не изменяет память. Это ведь именно вы продали Степану ту безделицу?

– Совершенно верно. – Арес осторожно пожал протянутую руку. На его лице отразилось лёгкое удивление. Наверное, он тоже оценил крепость стариковского рукопожатия. – Это был я. Приятно познакомиться. Меня зовут…

– Я знаю, – старик усмехнулся. – Вас зовут Павлом! Как и моего незабвенного папеньку! Но в быту вы предпочитаете прикрываться именем бога войны. Очень забавно и самонадеянно. В моё время с таким вещами предпочитали не шутить, но нынешняя молодёжь иногда поражает меня как своим безрассудством, так и своим бесстрашием.

Арес скосил взгляд на Стэфа. Тот едва заметно повёл плечом. Терпи, мол, уважай старость! Мнущегося за их спинами Митрофаныча Антон Палыч не удостоил даже взглядом. Всё его внимание было приковано исключительно к ним.

– Так какими судьбами вы оказались в этом удивительном месте? – спросил он.

– Рыбалка. Охота. – Стэф пожал плечами. – А место и в самом деле удивительное.

– Я бы даже сказал, целительное! – Антон Палыч расплылся в улыбке. – Вы здесь помолодели на добрый десяток лет. Насилу вас узнал.

Что-то подсказывало Стэфу, что узнал его старик задолго до того, как выбрался из «Хаммера». И тут же стало интересно, а привёз ли он с собой велосипед?

– Это был какой-то обет? – спросил Антон Палыч. – Ваша борода! Слышал, у молодёжи это нынче в моде.

– Это был проигранный спор. – Стэф погладил уже колючий от щетины подбородок. – На днях закончился ровно год моих мучений.

– Значит, спор… Уважаю вашу крепость духа. Никогда не любил растительность на лице. Борода и усы всегда казались мне несколько избыточными.

– Мне тоже, – признался Стэф.

– А я тут по вопросам бизнеса! – Антон Палыч поднял морщинистое лицо к небу. – Приобрёл не так давно недвижимость недалеко от Марьино. Усадьбу графа Каминского. Слыхали про такую?

– И слыхали, и даже видали, – сказал Стэф.

– Пару раз проезжали мимо, – поддакнул Арес.

– Всегда очень грустно наблюдать, как разрушаются и уходят в небытие памятники архитектуры. Усадьба Каминских достойна второго шанса.

– Слышал, в усадьбе планируется открыть отель. – Стэф уже устал поддерживать этот светский разговор. Ему хотелось, наконец, перейти к сути, но жизнь научила его уважать старость. Вот он и уважал в силу своих возможностей.

– Помилуйте, какой отель? – Антон Палыч коротко хохотнул. – Это место чересчур уникальное, чтобы делать его достоянием непритязательной публики! У усадьбы должен быть только один хозяин. Я пока не решил, кто именно. На данном этапе я занят сохранением того, что ещё можно сохранить, и восстановлением того, что подлежит восстановлению. Вот такая у меня слабость. – Он сентиментально вздохнул, а потом продолжил уже совсем другим, деловым тоном: – Вам ли не знать, о чём я. В отличие от меня, вы создали целый город. Кстати, хотел бы похвалить вас за выбор названия. Хивус – северный ветер. Самое подходящее имя для города, рождённого за полярным кругом.

Стэф сдержанно кивнул, принимая похвалу. Как же он так прокололся?! Как вышло, что похожий на институтского профессора Антон Палыч знает о нём если не всё, то очень многое, а сам он даже не удосужился навести справки?! Ведь если бы удосужился, если бы дал себе хоть пару секунд подумать, то уже там, на аукционе, понял бы, что за человек перед ним! И не просто человек, а легенда того тёмного мира, которому принадлежал тот теневой аукцион. Можно сказать, он и был хозяином и теневого аукциона, и теневого мира.

– Антон Палыч, могу я сделать предположение? – сказал Стэф, осторожно подбирая слова.

– Буду рад услышать, к каким умозаключениями вы пришли, молодой человек. – Старик скрестил на груди сухие, покрытые пигментными пятнами руки. Пальцы его были необычайно длинными и необычайно подвижными. Такие пальцы могут быть или у великого музыканта, или у великого хирурга, или у великого… марионеточника.

– Вы Марионеточник? – спросил Стэф без обиняков.

– Смелое заявление. – Антон Палыч улыбнулся. Ни подтверждать, ни опровергать сказанное он не стал. Стэфу этого было достаточно. – Позвольте и я спрошу? – Добродушная улыбка исчезла со стариковского лица.