— Ну раз по делу.

И они исчезли так же быстро, как и появились. А Арди все пытался отдышаться и привести сознание в порядок. Перед глазами все плыло. Он с трудом понимал где находится и что происходит.

— Надо же, парень, а я думал тебе кроме твоей магии ничего больше в жизни не требуется, — Аркар достал один экс, положил на стол, а потом вытащил пробку из бутылки и налил два бокала. — Выпей.

— Я не…

— Это вино, дурень, — перебил полуорк. — Послушай совета и выпей. Проще станет.

Арди обеими руками, пытавшимися то ли плясать, то ли сбежать куда-то следом за виляющими бедрами девицами, взял бокал и сделал несколько глотков.

Сильно лучше не стало, но, хотя бы, мир перестал плясать.

— Ты маяк-то свой прикрой, — Аркар кивнул в сторону ремня Ардана. — А то стыдно. Как с девственником приперся… пришел, тобишь-та.

Ардан запахнул полу плаща, прикрывая… то, что требовалось прикрыть. Вроде даже пожар немного унялся. Так подумал юноша, а затем его взгляд снова зацепился за проходящую мимо госпожу.

Арди едва ли не зажмурился и начал вспоминать самые сложные из печатей, над которыми работал в последние недели. Очевидно, ими оказались печати демонов. Множественные контуры, некоторые из которых сплетались телами… чертами в единую постель… полотно.

Ардан открыл глаза.

Не помогало.

Он взял бокал с вином и осушил тот залпом. На языке поселилось терпкое, сладко-кислое ощущение, чем-то напоминающее ягодный сок, только более насыщенное и яркое. Такое же яркое, как и девушки идущие рядом с ним.

— Да что такое, — прорычал сам на себя Ардан.

— Эх, где мои восемнадцать лет, — вздохнул Аркар.

— Где-то на Армондской границе, друг мой, — прозвучал томный, глубокий, вязкий женский голос, медом растекающийся по ушам. — В окопах и пороховом дыму.

Рядом с ними за стол опустилась статная женщина чуть старше сорока, но выглядящая так, словно ей лишь недавно исполнилось двадцать пять. Она явно, скрывая седину, красила волосы в яркий, алый цвет, но сделано это было так, что почти и не найдешь отличий от естественного окраса.

На шее, чтобы скрыть морщины, покоилось дорогое колье из белого золота с крупными изумрудами. Грудь держал твердый корсет,он же сжимал и талию. На плечах покоился воротник из меха лисицы. Он опускался на тонкие руки, державшие в пальцах длинный мундштук из вишни, в котором дымилась сигарета.

Она носила длинное красное платье в форме перевернутого бутона тюльпана. Узкое сверху, широкое снизу. Тугую прическу накрывала черная сеточка, увенчанная аккуратной шляпкой с декоративными перьями.

— Умеешь ты, Инга, разбередить старые раны, — нахмурился полуорк.

— Спасибо, — Инга стряхнула пепел с сигареты прямо в бокал Аркара. — Чем обязана деловому визиту правой руки Ордаргара?

— Я по личному вопросу.

— Когда ты по личному вопросу, Аркар, то мои девицы потом пару дней ходить не могут, — несмотря на мягкий, обволакивающий тон, зеленые глаза Инги оставались такими же безжизненными и ледяными, как и изумруды у неё на шее. — Но ты всегда оставляешь щедрые чаевые. И всегда платишь двойную плату за вашу орочью… особенность физиологии. Потому у нас с тобой никогда не возникает проблем. И я не хочу нарушать эту славную традицию.

— Что не так с моей физиономией?

— Физиологией, Аркар, физиологией, — Инга изящным движением взяла бутылку вина и налила напиток в бокал… Ардана. — Господин маг. Не имею чести быть представленной вам. Меня зовут Инга, но все знают меня, как Красную Госпожу.

— Ар…

— Ты со мной говоришь, Инга, — Аркар с нажимом перебил Ардана и хозяйка заведения, улыбнувшись юноше, повернулась обратно к полуорку. — Дело у меня хоть и личное, но, все же, дело.

— Дай-ка подумаю, дорогой мой Распорядитель… — Инга затянулась и скрестила ноги, заставив платье подчеркнуть их длину и изящество. — Ты заявился ко мне ночью четвертого дня, аккурат после того, как у меня попросили помощи в одном небольшом предприятии.

— У меня, Инга, тоже есть интерес в этом предприятии.

— Да? — слегка изогнула бровь Красная Госпожа. — И насколько он велик, Аркар?

— На следующем празднике нашей организации я закажу девочек у тебя, а не в Черном Лотосе.

— Заманчиво, конечно, дорогой мой друг, — отставив мизинчик Инга взяла бокал и, не сводя взгляда с Ардана, отпила немного. — Но господа, воспользовавшиеся моими услугами по предоставлению им мускул и помещения, назвали пять увесистых причин. А то, что предлагаешь ты, тянет максимум на три. Ну может на три и еще пятьдесят сверху.