И все же он заметил ее. Окруженная безумной толпой, она была совсем одна. И тоже искала того, кто умеет распознавать закономерности в хаосе. Увидев Маноса, Лена мотнула головой, подзывая его:

– А вот и твой убийца!

Высоко над ними, на подвешенных качелях, раскачивалась девчонка: голые ноги, длинные развевающиеся волосы – она словно хвастала наготой перед восхищенной толпой. Манос хотел что-то сказать, но тут заметил на качелях цепи. «Детство… Свобода… Понял!» Невинность ассоциировалась у него с цепями. «Вы СВОБОДНЫ?» Цепями он очищает жертв.

Они провели корреляцию для цепей – один параметр из тысяч.

Манос улыбнулся.

Лене еще только предстояло узнать кое-что о MANU.

Но уроки могут подождать.

А пока время танцевать.

Танцуя на широких открытых верандах, Манос и Лена постепенно переместились из одного конца клуба в другой. Внизу, примерно в шестидесяти футах под ними, содрогалась в едином ритме, демонстрируя изысканную наготу, мировая постапокалиптическая элита. Руки вскидывались огромными волнами, и пронизывающий всех и каждого плотный электрический гул будто внушал: «Отдайся мне – истинно только это». Сегодняшний вечер – не время для спешки, не время для решений.

Но только не в случае Маноса Ману. Время поджимало. Блоги уже бурлили, когда он ехал в клуб на такси: вертолеты Министерства обороны Греции доставили членов афинской оперативной группы, сформированной для расследования убийств на Миконосе. Вместе с ними прибыло специальное геолокационное оборудование для «прочесывания острова и поиска телефонов двух жертв». По всей вероятности, группа привезла с собой и своего коронера. По словам Белласа, завтра утром в отеле «Сан-Марко» его будут ждать десятки полицейских, экспертов по расследованию убийств, съехавшихся на конференцию криминологов и всевозможных любителей сунуть нос во все дела. И каждый явится со своей теорией, подкрепленной имеющейся у него информацией. Ничего удивительного в маневре Белласа не было; когда на кухне столько поваров, никто не станет указывать пальцем на полицию Миконоса или на самого Белласа.

Стартовые позиции у каждого из них были разные. Если Беллас не блефовал и Маноса действительно назначили в группу оперативного расследования, то он, даже имея в своем распоряжении неполный список, сосредоточится на выяснении, кто из находящихся на острове мог совершить такое преступление. Полиция традиционно начала с того, как оно было совершено, и занялась поисками улик. Что касается криминологов, то они способны на всё, но в конечном счете больше всего их обычно интересует почему.

Манос знал, что должен быть готов ко всему. Что касается кто и почему, то он – благодаря созданной им системе – располагал самым большим объемом данных. Оставался вопрос как, но с этим могла вполне справиться полиция.

К завтрашнему утру он должен быть готов.

– Они потрясающие, – сказала Лена, с любопытством наблюдая за толпой.

Возможно, подумал Манос, но они все-таки смертны и при этом только что не разбрасывают свои данные во все стороны.

– Ты не могла бы просто лечь вот здесь, на выступе? – спросил он, думая о своем.

Лена уставилась на него широко раскрытыми глазами. Сухой ветер мельтеми [24] трепал ее льняную одежду, прижимал к телу, облеплял гибкую фигуру.

«Да, – подумал Манос. – Тело».

Позади нее, на возвышении, появилась диджей. Публика приветствовала ее в едином порыве.

– Все, что происходит там, внизу, довольно заурядно, – сказал он. На них накатила волна замешательства. Они в самом деле выпили гораздо больше, чем хотели признать. И теперь их накрыло. Да, они танцевали, кричали, но это никуда не вело, ни к какому логическому концу.

– Лежать нужно ровно… – Манос оглянулся и увидел, что Лена уже лежит. – Голову откинуть… Правильно. Можешь немного подвинуться? Туда, к краю выступа.

Она подвинулась.

– Я сейчас, – сказал он, подбирая забытую кем-то зажигалку и поджигая свисающий с пляжного зонта шнур. Лена уже лежала в нужном положении, опустив голову с края выступа.

– Дай сюда. – Она взяла один конец отрезка. – Я бы проглотила его, чтобы помочь тебе, но не уверена, что смогу потом вернуть.

– Перестань, – рассмеялся он. Вернее, хихикнул.

Они уже вдыхали запах друг друга.

«Мило…» Сам того не замечая, Манос попытался приложить к ней шнур, но вместо этого погладил по щеке. Лена улыбнулась.

– Надо принимать во внимание форму тела. – Он постарался произнести это сухим, деловитым тоном.

– Я – Дженна, – перебила Лена, подключаясь к его игре.

– Ты еще красивее, – услышал он свой голос.

Они замолчали. По крайней мере одному из них следовало сейчас отступить.

Теперь веревку нужно было потянуть вниз. Смоделировать выстрел… Его лицо каким-то образом оказалось у развилки ее ног. «Такая красивая, такая красивая…» Такая красивая, что он едва заметил, как практически обосновался на ней.