— И зачем вы устроили этот балаган, если ты, — тычу пальцем в сторону своего оппонента, — Как там тебя звать-то? Ай, да какая разница?! Нет картошки — нет переговоров. Я пошла! И в следующий раз кричите, а не… не громыхайте. Я ещё, знаете ли, пожить хочу без нервного тика и сердечного приступа.

Громко фыркаю и отворачиваюсь от эльфов.

— Постой, Ольга!

Да сейчас же! Делать мне больше нечего, что ли? Есть что. Дел просто горища! С водой так и не познакомилась, в доме у Клина ничего не присмотрела для себя и дочери, не убралась, не привела в порядок повидавшую многое на своём веку кровать… Обувь, опять же, необходимо где-то раздобыть. Мало мне натруженных мышц, отзывающихся на каждое движение болью, так ещё и от хождения босиком по каменистой и колкой земле стоп уже просто не чувствую. Я же не йог.

— Меня зовут Кас! Кассиэль. — следующий возглас заставляет меня всё же остановиться и обернуться.

Как я и думала, кричал светловолосый. Ну что же, Кас, значит, Кас.

Переступаю с ноги на ногу и, нахмурив брови, как можно злобнее проговариваю:

— Где моя картошка, Кас?!

— Она будет! Даже в двойном размере. За две томатные ягоды. — сбивчиво бормочет он. — Мы не можем покинуть свой пост все вместе. А первый и двенадцатый периметр и подавно, Ольга. Из третьего периметра уже послали в деревню Юсула. Он всё найдёт и непременно доставит.

??????????????????????????

А на фига мне два куста картошки?

Так-так-так. Непорядок. Чую, я ещё бизнес не развернула, а меня уже обмануть хотят.

Я ведь один куст просила. Посмотреть на него надо бы, попробовать вырастить, потом просто по половине картофеля попробовать прорастить и вырастить… Хоть удастся эксперимент, хоть провалится, а два куста картошки мне не надо. Я из одного потом смогу много наделать, или не смогу и мы её просто запечём в костре и слопаем.

Нет, всё равно какой-то неравноценный обмен. Нам получается раз поужинать, а этим аж две томатные ягоды.

Посомневавшись, я всё же возвращаюсь к проходу.

— Мне бы… обувь… — морщусь, ибо очень неприятно просить у них что-либо. — Сможете, где-то достать?

— А где? — отзывается темноволосый приятным баритоном. Я на некоторое время впадаю в ступор. Впервые слышу его голос. — Обмундирование мы закупаем сами. Вряд ли у кого-то есть лишняя пара сапог, да и вряд ли она тебе придётся впору.

Он глуповат, что ли?

— А в деревне? Не босые же люди там ходят… Мне бы уже… хоть что-нибудь… Ног не чувствую. — закусываю губу и отвожу взгляд в сторону.

Хочется прикусить ещё и язык, потому что я едва не заказываю пару детской обуви.

Не могу это объяснить, но всё моё естество вопит о том, что Лизку нельзя им показывать. Нельзя о ней говорить.

— Назови дату своего приговора! — требует рыжий с топором. — Ты с той смены до сих пор не обзавелась обувью и не привыкла ходить босиком?!

У меня волоски опять на голове приподнимаются, да так и фиксируются. Никакого лака и мусса для укладки не нужно — только страх, только собственная глупость.

— Смотрите, Юсул мешки тащит. Наверное, удалось найти картофель. — темноволосый, которого я посчитала глупеньким, спасает меня от прицельного внимания Фарса и Каса.

Я буквально чувствую, как что-то тяжёлое опускается с моих плеч и по телу проходит волна тепла и облегчения.

К тому же он даёт мне время на то, чтоб придумать стоящий ответ.

— Не наглей, Рыжий! — вскидываюсь, грозно прищурившись. — Ты с моё по грядкам поползай, в земле поковыряйся, огород пополивай… да никаких сапог не напасёшься! Думаешь, я томатную ягоду силой мысли выращиваю, а?! А вот хрен тебе, а не томатная ягода! Всё! Все слышали? Не давайте ему ничего!

— Я был бы любезнее с тем, кто может тебе дать пару лишних сапог. — не моргнув и глазом, заявляет чем-то довольный эльф на стероидах, подозрительно перебирая волоски на своей бороде.

Ага! Да в его сапогах можно ту картошку, которая, надеюсь, сейчас мне перепадёт, сразу и выращивать. Сдались мне его гомнодавы?

Всё, помираю.

— Надо ещё две ягоды. — заплетающимся языком командую я. — Сорвать и отнести солдатам.

Стучу онемевшей ногой по мешку с картошкой, который волочила по земле половину дороги и который помог дотащить остаток пути вышедший мне навстречу Клинвар.

Заплетается не только язык, но и заплетаются ноги. Не смогла раньше отлепить язык от нёба и поговорить с Клином. Еле дошла.

— Спустить, я могу. — с готовностью отзывается Дэй. — Но к солдатам не пойду.

Жадно облизываюсь на сидящего на табурете Гиральфа и оставшуюся мякоть помидора. Что-то я прям сегодня ударно даю по физическим нагрузкам. Устала.