— Доживу, доживу, не сомневайся. — закряхтел старик, поднимаясь на ноги. — Со мной теперь спасительница, а, значит, мы все проживём долгую и счастливую жизнь. Только всем будет лучше, если в этой долгой и счастливой жизни не будет лжецов и интриганов, не так ли?

Мы движемся вдоль Стены. Ног я уже давно не чувствую, а теперь ещё и не чувствую себя способной к критическому мышлению.

Зачем только попёрлась с Энлии и Клинваром на эту так называемую экскурсию? Нет, оно, конечно, полезно, только вот предупреждать же нужно, что прогулка вдоль Стены будет такой долгой!

— Нам точно не ближе вернуться?

Идти уже надоело. Поначалу я с воодушевлением топала рядом с Клином, как преданная собака, заглядывая ему в рот и слушая его беглые рассказы. Воочию увидела ещё четыре домика, в одном из которых отсутствовали двери и окна. Бревенчатое нечто пугающе заваливалось набок, приводя меня в состояние ужаса своими тёмными провалами окон и дверей. Я несколько поторопилась с выводами, потому что после, таких домиков встречалось всё больше и больше.

— Нет, мы прошли уже чуть больше половины.

Я переглядываюсь с такой же уставшей Энлии и тяжело вздыхаю. Деваться некуда, нужно идти вперёд.

— Как видите, в горах с четырёх сторон высятся наши стены. Непреодолимый барьер для всего живого, но не для воды. — махнув рукой в сторону очередного куска камня, Клин перебрасывает на спине мешок картошки.

Вот и упёрлось ему с ней таскаться? К дочери мне нужно было возвращаться! К дочери! Нет же, попёрлась, как дурочка…

Я устало запрокидываю голову и перевожу взгляд на верх Стены, по которому тонкой струйкой сбегает слабенький ручеёк, и снова вздыхаю. Подобное я уже один раз видела. Выходит, Клинвар прав, мы прошли половину.

Обхожу следом за нашим экскурсоводом целое болотце грязи и даю себе мысленную установку — не ныть и не раскисать.

— Если здесь всё такое однотипное, безликое и мрачное, то зачем мы продолжаем путь? — не ныть не получается. — Я всё поняла. Три, четыре домика, потом прямая в бесконечность, болотце грязи из набежавшего по Стене с горы ручейка, опять прямая в бесконечность, снова дома… И ни одного огорода, ты смотри!

Я чертовски устала и мне уже чертовски скучно. Несу что ни попадя, лишь бы не начать топать ножкой как маленький ребёнок, требуя желаемое.

— Иногда в горах что-то случается. На время ручей пересыхает и приходится идти к другому, чтоб набрать воды. — сухо отзывается мужчина.

— Хорошо. Только всё равно не понимаю, для чего мне это сейчас.

Обхватываю себя руками и опускаю взгляд вниз. На свои чернеющие стопы. Пытаюсь различить ногти на пальцах и гоняю в голове безрадостные мысли.

Как-то мне этот денёк не нравится. Может, стоит навести справки о Гиральфе? Чем чёрт не шутит, возможно, старик на самом деле нашёл способ, как убраться из этого места? Если завтра и послезавтра будет таким же, как сегодня, к концу третьих суток я протяну ноги. Во всех смыслах. Да и умирать здесь не хочется. На меня уже и так, как на диковинного зверька, солдаты прибежали полюбоваться.

…жаль, не додумалась с них за просмотр стрясти чего-нибудь полезного.

— Гир из следующего поселения. Там есть выжившие. — тихий голос отвлекает меня от попыток отыскать свои ногти. — Я подумал, что если мы кормим солдат…

Останавливаюсь, едва не упустив из виду Клинвара, и быстро нагоняю мужчину.

— Я совсем об этом не подумала. — мне стыдно и неловко, но я не могу не признаться в своей оплошности. — А следовало бы… Конечно, их нужно угостить тоже. Пусть приходят и берут столько томатных ягод, сколько им нужно.

— И почему мне в твоё доброе сердце не верится? — ухмыляется, глянув на меня из-под протёртого мешка с картошкой, болтающегося на его плече.

Может, потому что моё доброе сердце вдребезги раскололи, не озаботившись последствиями?

— Я одна не справлюсь. — ещё одно признание. — Здесь практически нет пригодной земли. Нет больше у домов огородов. Хотя бы такого клочка, как у тебя. Им многих не накормишь. Ты же понимаешь, что я вырастила твои томатные ягоды какой-то магией… Только эта магия не работает без самой земли. Взгляни… Здесь словно асфальтоукладчик прошёлся… Практически асфальт. Сухой, потрескавшийся и пропахший пеплом. Мне нужен огород, понимаешь? Люди могут как-то мне с этим помочь, а взамен они могут брать себе овощи и, надеюсь, фрукты. Я не чёрствая и не бессердечная. Просто я не хочу однажды проснуться и понять, что мы с дочерью остались без ничего, потому что всё остальное уже съели, например. Не хочу и выбирать, что и как выращивать на твоём участке.

— Не уверен, что я всё понял, но посыл мне ясен. — пожав плечами, Клинвар одобрительно кивает. — Это будет справедливо.

Ну да, ну да, я мастер объяснений. Какой к чёрту асфальтоукладчик? Что я вообще несу?

— Господин Клинвар, — воспользовавшись паузой, Энлии испуганно вопрошает, — А сколько вы уже здесь находитесь?

Я закусываю губу и пытливо всматриваюсь в мужской профиль.

— Ты хочешь спросить, сколько тебе отведено?

Эльфийка часто дышит и стремительно краснеет.