Впрочем, всё это было потом, а в то утро ему оно не казалось чем-то уж совсем невероятным. Хотя предстояла встреча с Петром Кудринкой, которого Сергей немного по-детски побаивался. В мыслях он думал о нём примерно так: «сам Пётр Кудринка».

Он просто встал, просто умылся, просто оделся. Всё это он проделал деловито, как-то механически. Единственное, что было необычно, так это выражение его лица. Оно было глуповато-радостное. Во всей обыденности всего, что он делал, было нечто замечательное. Вот так вот. Всё очень просто… очень реально. Вот сейчас он откроет рот и будничным голосом перечислит секретарю кучу заданий на день. Запрограммирует компьютер. Да, ну и домик! Жалко только, что ещё не все так живут. Подавляющее большинство живёт скромнее, хотя и ненамного. Со временем выправится и это. Нет, это просто с ума сойти – космонавт! Да ещё какой! Почти как Гагарин!

Мягко закрылся колпак блистера. Сергей привычным движением поднял машину, занял свой коридор. Пункт назначения – НОК-центр. Там его ожидает сам Пётр Кудринка. С ума сойти – его ожидает член Большого Совета!

Пропел сигнал – посадка автоматическая? Ручная?

Что за вопрос – ручная, разумеется.

Сел. Мягко, без «кордибобелей». Можно сказать – солидно приземлился. Не спеша выбрался из машины.

Кудринка в лёгком осеннем костюме и рядом Вова Берн – в бледно-голубой униформе НОК-центра.

Поздоровались. Кудринка глянул на левый рукав:

– Великолепно. Без двух минут восемь. Учись, Вова.

– А я что говорил…

– Сергей, ты зря вылезал, – полетим на твоей машине.

Волк пожал плечами:

– Нам, татарам, всё равно… далёко лететь?

– А ты не знаешь? Байконур.

– Кстати… ну ладно, сейчас сядем… всё по порядку.

Сергей покосился на Берна, деловито устраивавшегося на заднем сиденье, но промолчал.

– Вова с Вилом тебе всё рассказали, но я тебя уже официально должен уведомить об утверждении твоей кандидатуры в списке претендентов на состав экипажа звездолёта «Путник». Это не значит, что ты не имеешь права отказаться. О своём решении ты можешь заявить на любом этапе подготовки экипажа. На сегодня готовится три экипажа – основной и два резервных. Экипажи сейчас условно сформированы в том смысле, что все претенденты разделены на три группы. Окончательное решение состоится позже. Практически это будет перед самым отлётом с Земли. Сегодня ты сможешь познакомиться с некоторыми ребятами из твоей группы. Собственно, с двумя ты уже знаком. Это Тор Салох – он будет твоим непосредственным шефом, и второй сидит позади тебя. Вова будет заниматься всей энергетикой корабля и его системами. Он – главный инженер. Ну… остальных ты не знаешь пока.

Сергей покосился на Вову: «и ты молчал?»

Пётр после паузы продолжил:

– Кроме курса общей интенсивной подготовки, у тебя будут дополнительные обязанности. Никому неизвестно, что встретит вас во время высадки, поэтому все члены экипажа, кроме технической, психологической, общефизической и других видов подготовки, пройдут ещё и специальную. Она включает в себя комплекс средств и методов выживания в экстремальных условиях и рукопашный бой. До недавнего времени этим занимались Шерхан и Тор Салох, но сейчас Тор настаивает, на том, что необходимо к этой работе подключить тебя. Ты уже имеешь знания и опыт и по выживанию, и по военной подготовке. Уникальный опыт. Ты ведь даже холодным оружием владеешь?

– Немного…

– Это значительно больше, чем мы знаем сейчас.

– Почему? Есть же соревнования по фехтованию разных направлений.

– Ты их видел?

– Признаться – нет.

– Это не совсем то, что нужно. Прикладного значения эти виды спорта не имеют. Что ещё? Да. Дополнительные обязанности лежат не только на тебе. Практически все претенденты будут одновременно и преподавателями. То есть группа сама себя сделает, в известном смысле.

– А почему так интересна моя военная подготовка? Мы что, воевать собрались?

– Потому интересна, что воевать вы не будете. Контакт может быть каким угодно, кроме военного. А вот для того, чтобы оценить опасность столкновения, нужно иметь подготовку. А для того, чтобы предотвратить столкновение, нужно иметь отличную подготовку. А ты эти вопросы задаёшь…

– Да, я интересовался проблемами контакта… на популярном уровне.

– Теперь займёшься профессионально. Хотя, скорее всего, все эти теории… выеденного яйца не стоят. Реально вся надежда на таких людей, как ты.

– Контакт. Это – понятно.

– А что – непонятно?

– Да, что касается космоса, вообще не очень понятно. Я вот посмотрел по странам, по фирмам. Получается, что зарабатывают все на космосе до сих пор едва ли не меньше, чем получают выгоды. То есть космос в каком-то смысле – вопрос престижа?

– Ну и это тоже. Хотя ты не учитываешь косвенный эффект. Космос – это новые разработки во всех областях. То есть важен вторичный доход, так сказать. Хотя с «Путником» ты прав – одни затраты пока. Но ведь это – нормально.

Некоторое время летели молча. Каждый думал о чём-то своём, глядя на проплывающие внизу облака…

Решили немного перекусить. Вова включил музыку, достал из бара три комплекта подогретого завтрака и стаканчики с напитками. Пётру и Сергею захотелось чая, Вова предпочёл фруктовый сок. За едой Кудринка снова вернулся к прерванному разговору. Он сбросил в утилизатор тарелку, нож с вилкой и откинулся в кресле со стаканом в руке.

– Нет, не люблю всё же есть во время полёта. Даже не понимаю толком, почему, но неуютно как-то. Земля внизу, облака… небо такое – почти космос. В этом есть что-то возвышенное, торжественное… а я сижу и вульгарно набиваю желудок… Сергей.